Russian Arms Forum

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Расширенный поиск  

Новости:

Страницы: [1]   Вниз

Автор Тема: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль  (Прочитано 6240 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

ura-k

  • Редактор
  • Участник
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 137

Продолжительное время после окончания первой мировой войны линейные корабли ни в одной стране не строились. Исключение составляла Англия, начавшая в 1922 г. постройку двух линкоров «Нельсон» и «Родней» вопреки позиции ряда своих видных военных теоретиков, в частности П. Скотта и Б. Экуорта, осуждавших Адмиралтейство за его «необоснованную ныне приверженность к линейным кораблям, столь громоздким, трудно охраняемым от атак подводных лодок и весьма дорогостоящим». Однако совсем отказываться в перспективе от строительства этого класса боевых кораблей морские державы не собирались. Заметная пауза в их строительстве объяснялась, кроме всего прочего, ощутимым ущербом, нанесенным экономике войной.
Определенную роль играл и сдерживающий юридический фактор — трактат «Вашингтонской конференции по ограничению вооружений» от 6 февраля 1922 г. Согласно четвертой статье этого документа, который подписали пять стран, «общий тоннаж линейных судов, могущий подлежать замене, не будет превышать: для Соединенных Штатов и Британской империи 525 тыс. т; Франции 125 тыс. т; Италии 175 тыс. т; Японии 315 тыс. т». Трактатом устанавливались также ограничения но водоизмещению—до 35 тыс. т и главному калибру артиллерии—до 16 дюймов (406 мм).
На состоявшейся в апреле 1930 г. Лондонской конференции по морским вооружениям се участники обязались в 1931—1936 гг. вообще не спускать на воду новых линейных кораблей. Но, несмотря на это, уже с 1935 г. все морские державы приступили к их проектированию и постройке.
В Германии в 1934 г. заложили линкоры «Шарнгорст» и «Гнейзенау» полным водоизмещением 38900 т с девятью 280-мм орудиями. В 1936 г. приступили к строительству еще более мощных линкоров «Бисмарк» и «Тирпиц» с 380-мм артиллерией главного калибра. К сентябрю 1939 г. в постройке и составе флотов насчитывалось линкоров: в Великобритании—15, Франции—7, США—8, Италии, Германии и Японии — по 4.
Явный крен в сторону надводного военного кораблестроения происходил вопреки опыту первой мировой войны, во время которой подводные лодки уничтожили 11 млн. бр.-рег. т торгового флота и 192 боевых корабля, с чем ни в какое сравнение не шли скромные результаты крупных артиллерийских кораблей. Потребовалась ешс одна мировая война, чтобы убедиться в преимуществе перед ними подводных лодок и авиации.
Итак, развитие и строительство линкоров в 30-е годы снова набирало темпы. Внедрение новых достижений науки и техники позволило существенно улучшить тактико-технические характеристики вооружения и кораблей в целом. Удалось добиться заметного снижения их массы благодаря размещению нескольких орудий в одной башне, широкому применению электросварки, качественной стали и легких сплавов, а на германских "карманных"  линкорах — установкой дизелей в качестве главных машин.
Стало возможным повысить давление в каналах артиллерийских орудий и за счет этого увеличить массу снарядов при той же дальнобойности или получить большую начальную скорость и дальнобойность снарядов при сохранении их массы. Совершенствовании фирмы, увеличение размеров снарядов усилили их мощность и пробивную способность.
Появились более совершенные приборы управления артогнем, позволявшие в автоматизированном режиме рассчитывать элементы движения цели, осуществлять наводку орудий и стрельбу. Повысились качество и точность дальномеров, которые до изобретения радиолокации являлись единственным средством определения дистанции до цели. Посты управления огнем стали размещаться на предельно возможных высотах в так называемых командно-дальномериых постах (КДП). В состав вооружения линкоров включили самолеты - корректировщики с необходимым оборудованием для их взлета и посадки. С учетом возрастающей угрозы с воздуха росла количественно и качественно зенитная артиллерия, было усилено бронирование палуб.
По опыту Ютландского сражения (1911) г.), в котором англичане потеряли три линейных корабля от попадания германских снарядов и последующего взрыва боезапаса, британские судостроители на линкорах типа «Нельсон» всячески старались защитить артиллерийские погреба. Появились новые системы двух- и трехслойной бортовой брони (французский «Дюнкерк», итальянский «Литторио»). Броневой пояс стал достигать 55—65% от общей длины корабля. Совершенствовалась система противоминной защиты. Улучшились пропульсивные качества (ходкость) кораблей. Более совершенными становятся турбинные установки. Увеличение числа оборотов турбин обусловило введение зубчатой передачи па гребной вал. С учетом зарубежного опыта и взглядов на военное кораблестроение И. Сталина, которому особенно импонировали крупные «престижные» корабли, советские конструкторы в мае 1936 г. приступили к созданию отечественных линкоров. Проекту присвоили номер 23, а головной корабль получил имя «Советский Союз». В соответствии с десятилетней программой кораблестроения, часто называемой «Программой строительства большого флота», к концу 1946 г. планировалось построить 15 линкоров и 15 тяжелых крейсеров, а также десятки кораблей других классов, Разрабатывая «проект 23», конструкторы опирались на практику строительства линкоров типа «Севастополь» и линейных крейсеров типа «Измаил». Изучен был и неосуществленный проект линкора (1916 г.), разработанный в Николаеве.
Проектирование совпало с волной репрессий 1937—1938 гг. Невинно были арестованы и осуждены многие талантливые конструкторы и инженеры-судостроители, в частности начальник конструкторского бюро В. Бжезинский и ответственный исполнитель проекта В. Римскии-Корсаков—авторы эскизного проекта линейного корабля с артиллерией из десяти 305- и двенадцати 130-мм орудий, названного «вредительским». Не избежал той же участи известный конструктор судовых энергетических установок А. Сперанский.
Коллектив конструкторов «проекта 23» (В. Ашик, А. Барсуков, Б. Гнесин, В. Горшеиин, Л. Дикодич, В. Ноганов, Л. Тагеев и другие) возглавил Б. Чиликин. К созданию нового корабля были привлечены видные советские ученые А. Крылов, Ю. Шиманский, П. Панкович, В. Власов. Первоначально срок завершения проектных работ намечался на 15 октября 1937 г. Однако окончательно «проект 23» утвержден постановлением Комитета обороны при СНК СССР только 13 июля 1939 г., когда головной корабль был уже заложен (15.7.1938 г.). Стандартное водоизмещение 59 150 т. Длина 260 м, ширина 38,9 м, средняя осадка 9,27 м.
Главная энергетическая установка включала 3 активно-реактивные турбины и 6 котлов треугольного типа. При номинальной мощности главных машин 201 тыс. л. с. линкор должен был развивать скорость хода 28 уз. Дальность плавпиия экономическим ходом (14 уз)—5580 миль. Штат линкора был утвержден в 1940 г. и предусматривал экипаж в количестве 1292 человек, из них: 66 лиц начсостава, 175 младших командиров и 1051 краснофлотец.
Артиллерия главного калибра — девять 406-мм орудий в трех башнях с боекомплектом 100 выстрелов на каждое орудие. Кроме того, предусматривались: двенадцать 152-мм орудий в шести башнях с боекомплектом 170 выстрелов на орудие; двенадцать зенитных 100-мм орудий и сорок 37-мм автоматов (в четырехствольных установках). Авиационное вооружение: четыре самолета КОР-2 (два в ангарах, один—на палубе и один — на кагацульте).
Толщина главного броневого пояса (61—196 шп.) составляла 375—420 мм, палубной брони 100—155 мм. Броневые траверзные переборки из цементированной и гомогенной брони имели толщину 230—365 мм, а барбеты башен главного калибра 425 мм, броня их лобовой стенки — 495 мч. Ошцая протяженность бронирования по длине корабля (в процентах от длины по КBЛ) составляла: цитадель—57,1%,
цитадель и кормовая оконечность—66%, цитадель и носовая оконечность—78%.
Непотопляемость корабля обеспечивалась при разрушенной небронированной части корабля и одновременном попадании двух 21-дюймовых торпед в днище или трех торпед в були. Много внимания было уделено качеству и прочности соединения броневых плит различными способами: на заклепках в три ряда в шахматном порядке, на шпонках и т. д. Рассматривалась возможность применения cварки, которая постепенно входила в практику советского и зарубежного кораблестроения (сварные броневые палубы толщиной 12—30 мм германских крейсеров типа Лютцов»).
  
По результатам проведенной в 1938 г. в Военно-морской академии военной игры с учебной стрельбой на тренировочном стенде считали, что советские корабли «проекта 23» будут иметь преимущества перед зарубежными линкорами. Тогда же был сделан и вывод о «выгодности 85—105-мм калибра для зенитной артиллерии», впоследствии потребовавший существенного уточнения. Опыт войны показал, что общая эффективность огня 37-мм авмчиии но ближним целям часто превосходила эффективность огня оружием универсального калибра (85—105 мм).
Одновременно с проектированием линейных кораблей и даже после закладки головного выполнялись отдельные опытные работы и испытания, направленные на обеспечение высокого качества и надежности боевых и технических средств. Так, для отработки системы противоминной защиты были изготовлены и испытаны (в том числе и фактически подрывались) отсеки размером в одну пятую и вполовину проектных.
Изготовили и проверили на функционирование макет котельного отделения линкора в натуральную величину со всем оборудованием: форсунки котлов, смеситель с эжекторами на линии питания котла, опытная испарительная установка и др.
Экспериментальные исследования ходовыч и маневренных качеств проводились на специально построенном катере (КМ-3) с корпусом в одну десятую часть натуральной величины линкора. Проектировались и испытывались опытные образцы фреоновых холодильных камер, малощумных вентиляров, автономных насосов для смазки подшипников в водонепроницаемых отсеках. Среди редприятий -поставщиков проводился конкурс по созданию общекорабельных систем линейного корабля н ряда приборов, обслуживающих главные и вспомогательные механизмы: газоанализаторов, соленомеров, водомеров-уназателей, дифферентометров, дистанционных термометров и др.
Учитывая новизну многих образцов вооружения и техники, часть из них до установки на линкор временно размещалась и испытывалась на других крупных кораблях, уже находившихся в составе ф.юга. Для этих целен задействован был и научно-испьггательный морской артиллгриигшы полигон. Влияние газовых струй при стрельбе главным калибром на корпусные конструкции, КДП и оптические приборы проверялось фактической стрельбой на линкоре «Парижская Коммуна» и крейсере «Киров». На крейсере «Красный Кавказ» предусматривалось испытание электрической лебедки для грузовой стрелы, используемой при подъеме самолета.
Головной линейный корабль «Советский Союз», зав. № С-299, был заложен в Ленинграде на Балтийском заводе. Об этом свидетельствует официальное донесение: «Начальнику Управления кораблестроения РККФ инженеру-флагману 3 ранга т. Горшкову. Настоящим доношу, что 15 июля 1938 г. на заводе имени С. Орджоникидзе заложен л/к «Советский Союз». Уполномоченпми УК военинженер 1 ранга Кудзи». В 1938—1939 гг. на двух других предприятиях заложены еще три линкора: «Советская Украина» (С-352), «Советская Россия» (С-101) и «Советская Белоруссия (С-102).
Как это часто бывало и в те годы, руководство судостроительной промышленности и заводов вместе с военпредовским аппаратом стремились как можно скорее, «с опережением графика» отрапортовать Сталину, партии и правительству о столь важном событии, каким действительно является факт закладки самых мощных кораблей советского флота. Между тем оснований дия такого «победного» рапорта не имелось.
Многие подготовительные операции, обязательные до начала постройки линкора «Советский Союз», не были завершены, а некоторые из них и не начаты. Отсутствовали рабочие чертежи, не решены вопросы поставки материалов. Па Балтийском заводе не хватало кранов для обслуживания стапеля, который также оказался нс полностью готовым. Этими и другими причинами можно объяснить тот факт, что непосредственные работы по постройке головного линкора практически не велись до начала 1939 г., когда его состояние оценивалось не выше 0,16% от общей технической готовности. Только в первом квартале 1939 г. из конструкторского бюро начали поступать рабочие чертежи, а от металлургических предприятий — необходимый металл. Па стапеле установили наконец два больших крана.
 
Такнм образом, фактически началом строительства линейного корабля «Советский Союз» следует считать не июль 1938 г., а январь 1939 г. Срывы плановых сроков проектирования и строительства линкора во многом объяснялись обстановкой страха и подозрительности в судостроительной промышленности и на флоте, вызванной продолжающимися репрессиями. Возглавлявший в 1938 г. наркомат ВМФ М. Фриновский, никогда не служивший на флоте, долгое время работавший в органах НКВД и ответственный за многие беззакония тех лет, накалял обстановку провокационными докладами в духе бывшего своего грозного ведомства: «Наркомат оборонной промышленности не дал развертывания той производственной базы, которая должна обеспечить строительство большого флота, запланированного на ближайшие годы. Ряд явных срывов сигнализирует о наличии вредительства в строительстве кораблей. Стремление со стороны Главка судпрома, руководителей заводов и цехов замазать существующие недостатки объективно прикрывают вредителей и создают благоприятные условия для маскировки». И далее М. Фриновекий делает категорическое заключение по выполнению плана 1938 г.: «С поставленной Правительством задачей поднять судостроительную промышленность, ликвидировать вредительство, дать флоту качественные корабли в плановом количестве НКОП (замнаркома т. Тевосян), его Главк (начальник т. Редькин) и директора большинства заводов не справились».
После такого доклада пострадали многие. Срок завершения строительства головного линкора был перенесен с 1942 па 1943-й. Спуск па воду намечался на середину 1941 г., а начало заводских испытаний—на конец 1942 г. Считалось, что общее время постройки и сдачи флоту «Советского Союза» составит 60 месяцев. Реальность такич сроков вызывала сомнения на фоне опыта строительства значительно меньших линейных кораблей за рубежом (английский «Нельсон» при водоизмещении 33 900 т — 60 мес.; французский «Дюнкерк» — 26 500 т — 53 мем., немецкий «Шарнгорст» — 28000 т —53 мес.). К тому же планируемое оснащение корабля новейшими боевыми и техническими средствами требовало большого времени на монтажно-наладочные работы и испытания, в поставках оборудования и материалов для советского головного линкора участвовало 1203 завода. В свою очередь они имели большое число контрагентов. На судостроительный завод оставалось лишь 35% «участия» в постройке корабля. Ее плановая стоимогть сосьавляла 1,18 млрд. руб.
Головной и серийные корабли «проекта 23» находились в постройке в разной степени готовности, а конструкторы и специалисты Военно-Морского Флота уже в конце 1939 г. начали проработку улучшенного линкора проекта «23-НУ». Почти полностью был готов предэскизный проект в двух вариантах «1-615» и «1-657». В сравнении с линкорами «проекта 23» предусматривалось утолщение главного броневого пояса па 10 мм. Несколько изменялось бронирование цитадели, палуб, предполагалось более широкое применение сварки.
Начавшаяся война прервала строительство линейных кораблей и работы над проектом «23-НУ». В боевых действиях под Ленинградом применялись 406-мм орудия главного колибра, предназначенные для «Советского Союза», а его броневая сталь использовалась при создании мощных долговременных огневых укреплений. Корпус «Советской Украины» в Николаеве частично удалось уничтожить до оставления города врагу. Остальные линкоры в связи с войной также не достраивались. Материалы и комплектующее оборудование пошли на строительство и ремонт других боевых кораблей.
Богатый опыт проектирования и строительства линкоров был широко использован в дальнейшей практике военного кораблестроения. Повсеместное внедрение электросварки, предварительное макетирование наиболее важных корабельных отсеков с экспериментальным размещением в них систем и приборов, испытания отдельных новых образцов оружия и техники на кораблях, уже находившихся в составе флота, а также многие другие технологические новшества успешно применялись впоследствии при строительстве крупных надводных кораблей и подводных лодок. Сегодня ряд историков и специалистов флота высказывают сомнения, оправдана ли была постройка в предвоенный период столь дорогостоящих кораблей. Понять их можно. Ведь общая стоимость четырех линкоров достигала почти трети годового бюджета страны в 1940 г. Вряд ли было целесообразным в преддверии войны планировать строительство полутора десятков кораблей-гигантов, если в то время, например, ощущалась острая нехватка тральщиков и десантных кораблей, что подтвердилось в первые же месяцы Великой Отечественной войны.

"Некоторые аспекты строительства линейных кораблей
типа "Советский Союз""



В середине 30-х годов советское руководство приняло решение о создании в кратчайшие сроки сильного военно-морского флота, ядром которого должны были стать многочисленные линейные корабли (ЛК) и тяжелые крейсера (КРТ). В соответствии с утвержденной 16 июля 1936 г. программой "Крупного морского судостроения", за семь лет (1937—1943 гг.) намечалось построить восемь линейных кораблей типа "А" с 406-мм артиллерией главного калибра (ГК) и 16 кораблей типа "Б" с 305-мм ГК. При этом строительство первых восьми кораблей (по четыре каждого из типов) должно было начаться в 1937 г. Их надлежало спустить на воду в 1939 г. и ввести в строй в 1941 г.

Таблица 1. Количество и сроки строительства линкоров в основных программах и планах 1936-1940г.

Наименование программ
и планов   Дата принятия или
представления   Срок
реализации   Количество линкоров,
вводимых в строй   Примечание
Программа "Крупного морского судостроения   Постановление СТО от 16.07.36    1937-1943   8 ед. типа "А" (35 000 т. ГК — 406 мм)
16 ед. типа "Б" (26 000 т. ГК - 305 мм)   4 ЛК типа "А" и 4 ЛК типа "Б" закладываются в 1937 г. и сдаются в 1941 г.
План строительства боевых кораблей Морских сил РККА   Сентябрь 1937   1938-1947   6 ед. типа "А" (57000т. ГК - 406 мм)
14 ед. типа "Б" (35 000т. ГК-356 мм)*    
Программа строительства боевых и вспомогательных кораблей на 1938—1945 гг. "Большая кораблестроительная программа"   Представлена КО 16.02.38   1938-1945   15 ед. типа "А" (пр. 23)   
План строительства кораблей ВМФ на:   Представлен КО 2.09.39   1938-1947    Заявка НК ВМФ - 10 ед. пр. 23 Принято НКСП 7 ед. пр. 23   Иметь в постройке:
НК ВМФ- 16 ед. пр. 23; НКСП- 14 ед. пр. 23
3-е пятилетие    
-//-    1938-1942   —   Иметь в постройке:
НК ВМФ- 8 ед. пр. 23; НКСП- 6 ед. пр. 23
4-е пятилетие    -//-   1943-1947    Заявка НК ВМФ - 10 ед. пр. 23; Принято НКСП - 7 ед. пр. 23   Иметь в постройке:
НК ВМФ- 16 ед. пр. 23; НКСП- 14 ед. пр. 23
План строительства кораблей ВМФ на 1940-1942 гг. Корректированный план на 3-е пятилетие   Представлен КО 19.04.40   1940-1942   —   Иметь в постройке 6 ед. пр. 23
О плане военного судостроения на 1941 г.   Постановление КО от 19.10.40   1941   —   Иметь в постройке по 1942 г. включительно 3 ед. пр. 23
* От линкора "Б" отказались в феврале 1938г., однако в дальнеёших планах он фактически возродился в виде тяжёлого крейсера пр. 69. Планом на 3-е пятилетие намечалось иметь в постройке (в 1938-1942гг) 4 таких корабля, фактически заложили 2.

К концу 1936 г. были разработаны эскизные проекты новых линкоров и начато их техническое проектирование. 23 января 1937 г. вышло постановление Совета Труда и Обороны (СТО) при Совете Народных Комиссаров (СНК) СССР "О развертывании строительства линкоров", в котором подтверждались намеченные ранее сроки закладки и сдачи кораблей, а также указывалось, что "...строительство линейного флота в кратчайшие сроки и усиленными темпами является для наркоматов тяжелой и оборонной промышленности центральной оборонной задачей на ближайшие годы".
Рассматривая эти планы ретроспективно, приходится только удивляться оптимизму составителей в отношении сроков их реализации. Ведь было хорошо известно, что проектирование и строительство первых четырех русских линкоров-дредноутов типа "Севастополь" заняло почти восемь лет (1907—1914 гг.), причем в условиях непрерывного строительства все более крупных броненосцев и наличия безотказной иностранной технической помощи.
В 1936—1937 гг. приходилось начинать практически заново: прежний опыт создания крупных кораблей во многом устарел и частично утратился. Не было нужного научно-технического задела ни по крупнокалиберной артиллерии, ни по энергетическим установкам. Броневое производство, сосредоточенное на Ижорском (Колпино) и Мариупольском им. Ильича заводах, утратило опыт изготовления толстой брони, не производившейся с дореволюционных времен.
Промышленность страны в то время располагала тогда семью крупными стапелями, на которых ранее строились линкоры (четыре в Ленинграде и три в Николаеве). Все они нуждались в реконструкции. Для приема новых линкоров не годился ни один из имевшихся сухих доков, а подходные фарватеры судостроительных заводов необходимо было очистить и углубить. Кроме того, ощущалась острая нехватка квалифицированных работников всех специальностей. Планы в дальнейшем практически ежегодно корректировались в сторону сокращения количества подлежащих постройке кораблей и увеличения сроков реализации запланированного (табл. 1). Так, если в начале 1938 г. заявка наркома ВМФ включала 15 линкоров типа "А" (пр. 23), которые предполагалось ввести в строй в конце 1945 г., то осенью 1939 г. флот просил уже только 10 таких кораблей, причем к концу 1947 г. Наркомат судостроительной промышленности (НКСП) соглашался сдать к этому сроку лишь семь, причем при условии своевременных поставок заводам-строителям брони, энергетического, оборудования, вооружения и т. п., а также обеспечения их специалистами.
В соответствии с "Планом строительства кораблей ВМФ на 3-е и 4-е пятилетия" расчетная продолжительность постройки линкоров (головного - 63 мес, серийного - 50 мес) принималась на основе иностранного опыта. Первые линкоры пр. 23 должны были быть сданы в 1943 г. (табл. 1). Однако план не был утвержден правительством и также оказался неисполнимым даже по количеству закладок из-за неготовности стапелей.

В итоге были заложены только четыре линкора пр. 23: в 1938 г. "Советский Союз" на Балтийском заводе в Ленинграде и "Советская Украина" на заводе им. А. Марти в Николаеве, оба на еще незаконченных стапелях, а в 1939-1940 гг. - "Советская Белоруссия" и "Советская Россия" в строительных доках-эллингах недостроенного завода № 402 в Молотовске.
В середине 1940 г. выяснилось, что при строительстве заложенного 21 декабря 1939 г. линкора "Советская Белоруссия" из-за низкой квалификации работающих был допущен "массовый брак по клепке": до 70 тыс. поставленных заклепок оказались выполненными из неспецифицированной стали (гораздо более низкого качества, чем это требовалось). Все работы по формированию корпуса этого корабля пришлось приостановить при технической готовности 2,57%, а в соответствии с постановлением правительства от 21 октября 1940 г. его постройка была прекращена. Выставленный в док металл был частично использован при строительстве линкора "Советская Россия". Этим же постановлением предписывалось в 1941 г. новые линкоры не закладывать, и к началу войны их осталось в постройке всего три. В соответствии с последними довоенными планами, их предполагалось спус-тить на воду в 1943 г. и сдать в 1945 г.
Трудности при строительстве этих кораблей были обусловлены недостаточностью производственного потенциала страны в целом. До войны ученым и проектантам корабля удалось завершить основной объем намеченных научно-исследовательских работ, разработать практически всю проектную документацию и выпустить 69% рабочих чертежей для головного корабля. До I квартала 1939 г. постройка двух первых линкоров, заложенных еще до завершения окончательного технического проекта, сдерживалась выпуском рабочих чертежей.
В 1939-1940 гг. строительство линкоров отставало от плановых сроков прежде всего из-за задержек с поставками металла, а также вследствие его частичной недоброкачественности (несоответствия техническим условиям). Кроме того, из-за недопоставки металла заводами Наркомата черной металлургии по распоряжению наркома судостроительной промышленности И. Ф. Тевосяна корпусная сталь направлялась прежде всего на заложенные в 1939 г. легкие крейсера пр. 68 и только потом - на головной линкор "Советский Союз" и первый серийный "Советская Украина".
Еще хуже обстояло дело с броней. Перед Ижорским и Мариупольским заводами была поставлена задача по многократному увеличению выпуска брони, толщина которой должна была превышать освоенную до 1917г. Как известно, корабельная броня подразделяется на гомогенную (однородную по всей толщине) и гетерогенную (с более твердым наружным слоем), применявшуюся соответственно для горизонтального и вертикального бронирования. Наиболее сложным было производство гетерогенной цементированной брони по патенту Круппа (броня КЦ), приобретенному Россией в начале XX века.
Броневое производство было весьма сложным и дорогим. Стоимость гомогенных плит в 2-2,5 раза превышала стоимость обычной судостроительной стали, а цементированных - в 4-7 раз.
Первые правительственные решения об увеличении производства брони, подобно другим документам о постройке "Большого флота", отличались удивительным оптимизмом. Так, в начале 1937 г. в соответствии с постановлением СТО бронезаводы должны были прокатать 3000 т линкоровской брони, "чтобы в 1938 г. были решены основные технические вопросы и ее производство можно было считать освоенным". Достичь это предполагалось на прежнем оборудовании лишь с частичной реконструкцией обоих старых заводов. Между тем предельные характеристики броневых плит, которые эти заводы могли освоить после частичной реконструкции, были заметно меньше требовавшихся для новых линкоров. Поэтому заводы даже в 1 938 г. отказывались от изготовления плит толщиной более 200мм.

Коренная реконструкция обоих бронезаводов была предусмотрена постановлением СНК СССР от августа 1938 г. После ее проведения с 1940 г. годовой выпуск брони Ижорским и Мариупольским заводами должен был составить соответственно 30 и 40 тыс. т (вместо 5685 и 3496 т в 1938 г.). Кроме того, в Челябинске намечалось строительство нового завода производительностью 50 тыс. т брони в год.
Старые заводы были оборудованы импортными мощными прессами мощностью 12 и 15 тыс. т и другим станочным оборудованием. В Мариуполе создавался уникальный кузнечно-прессовый цех с мостовым краном для подъема слитков массой до 300 т. В Европе подобный цех был лишь на заводе Круппа в Эссене. Такое же сооружение планировалось создать и в Челябинске, однако с 1939 г. основное внимание было сконцентрировано на Мариупольском заводе. Затяжное строительство на нем кузнечно-прессового цеха с прессом мощностью 15-тыс. т привело к нетривиальному решению: слиток отливался в Мариуполе и на специальной железнодорожной платформе с теплоизоляцией (температура слитка не должна была при транспортировке опускаться ниже 800 °С) отправлялся для ковки на Новокраматорский завод.
Поскольку намеченные планы по резкому увеличению выпуска брони выполнить в срок не удавалось (в 1940 г. ее выпуск ожидался вдвое меньшим ранее намеченного), была предпринята попытка приобрести недостающую броню в Германии. В "Информационной справке по состоянию дел с производством брони в СССР и попыткой закупить ее у Круппа", отправленной 25 июня 1940 г. зам. наркома ВМФ Л. М. Галлером и наркомом СП И. И. Носенко наркому внешней торговли А. И. Микояну, говорилось: "...для обеспечения строительства кораблей в 1940 г. бронепромышленность СССР должна дать, как минимум, 45 000 т, ...реально будет 30-32 000т. В 1941 г. тяжелой брони потребуется ...около 87 000т, тогда как бронезаводы даже с учетом выполнения плана капитальных работ могут дать не более 60 000 т... Таким образом, без получения импорта установленные сроки постройки ЛК и КРТ находятся под угрозой срыва".
Однако переговоры с фирмой Круппа оказались неудачными. Немцы соглашались поставлять толстую цементированную броню не удовлетворяющую нашим техническим условиям, причем более низкого качества, чем для своих кораблей. Что касается гомогенной брони (соглашением намечалась поставка 31 тыс. т бронелистов), то какое-то ее количество до начала войны получить удалось, что, однако, не решало проблемы.
Приведенные выше цифры по производству брони в 1940 - 1941 гг. были прогнозными (фактически в 1940 г. было произведено всего 27 438 т) и, кроме того, не учитывали отбраковку брони по результатам отстрелов на полигоне, которая в лучшем случае достигла 30-40%. Так, в 1939 г. оба завода поставили для двух линкоров пр. 23 всего около 1 800 т брони, из которой 996 т, то есть все 11 партий, поставленных Мариупольским заводом, были по результатам отстрелов на полигоне забракованы, в то время как только на один головной линкор требовалось поставить 10 тыс. т. При этом в 1939 г. Мариупольский завод не смог выпускать для отрасли плиты толщиной свыше 230 мм.
В связи с трудностями в освоении толстой брони КЦ проводились опыты (отстрелом) по замене ее более простой в изготовлении односторонне закаленной броней без цементации (броня БЦ), которая при той же твердости, что и КЦ, имела меньшую вязкость и большую склонность к разломам и трещинам. Тем не менее, в ноябре 1940 г. ВМФ и НКСП выпустили совместный приказ об использовании для толщин свыше 200 мм брони БЦ, а цементированной брони КЦ - для меньших толщин.
Несмотря на громадный размах работ и достигнутые успехи, советская броневая промышленность оказалась не в состоянии обеспечить запланированное продвижение строительства линкоров пр. 23 и тяжелых крейсеров пр. 69 даже на ранних его стадиях, когда цементированная броня (причем сравнительно небольших толщин) требовалась лишь в ограниченном объеме, практически только для траверзных переборок. По мере постройки кораб-лей и увеличения потребности в толстой броне (для навешивания бортового пояса) трудности с ее поставкой могли только возрасти.
Другой причиной, сдерживавшей строительство линкоров, являлась неготовность их энергетического оборудования: главных турбозубчатых агрегатов (ГТЗА), главных котлов, вспомогательных механизмов и валопроводов.
В середине 30-х годов серийный выпуск главных механизмов (по итальянским образцам) для легких крейсеров и эсминцев уже успешно осваивался, однако для линкоров и тяжелых крейсеров нужны были еще более мощные; ГТЗА и котлы, что требовало перехода на более высокие параметры пара. Разработка и изготовление новых ГТЗА, оказавшихся в то время срмыми мощными в мире, были поручены Харьковскому турбогенератіорному заводу (ХТГЗ) им. Сталина. Она велась при технической помощи швейцарского филиала английской фирмы Brown Bovery Co (ВВС). Технический проект агрегата номинальной мощностью 67 тыс. л. с. был завершен к осени 1938 г., однако производство ГТЗА затягивалось.
Осенью 1938 г. еще существовали планы оснащения нескольких линкоров импортными ГТЗА, но весной 1939 г. стало ясно, что такие поставки будут сделаны только для ЛК завода № 402. Фирма ВВС обязалась поставить в СССР четыре комплекта ГТЗА (один из них действующий макетный) с соответствующими вспомогательными механизмами. Три комплекта (включая макетный) были доставлены в Архангельск в 1940 г. (четвертый, законченный в 1941 г., так и остался в Швейцарии).
Став в стране монополистом по изготовлению ГТЗА для крупных кораблей (пр. 23, 69, а также 68), ХТГЗ оказался перегруженным этими заказами, но даже в 1939 г. не имел стенда для их испытаний. Тем не менее в 1940 г. завод должен был выпустить 6 "линкоровских" ГТЗА, в 1941 - 1942 гг. - 12. Хотя постановление Комитета обороны (КО) при СНК СССР и обязывало харьковчан поставить заводу № 189 для головного линкора "Советский Союз" все три ГТЗА к апрелю 1940 г., ХТГЗ от заключения соответствующего договора уклонился. Повторным постановлением КО сроки поставки первого комплекта ГТЗА были передвинуты на октябрь, а второго (для "Советской Украины) на ноябрь 1940 г. Не имея стальных поковок турбинных валов, которые ему должен был поставить завод № 221 ("Баррикады"), ХТГЗ так и не заключил с Управлением кораблестроения (УК) ВМФ договора на поставку ГТЗА для линкоров и тяжелых крейсеров и не изготовил ни одного из них.

Сорваны были все сроки и по созданию главных котлов линкоров пр. 23 (исполнитель - завод № 189). Разработка, изготовление и испытания опытного котла затянулись до начала 1941 г., тогда как плановый срок их окончания был сентябрь 1938 г. Это сильно задержало создание более мощного головного котла, рабочие чертежи которого предполагалось закончить к 15 июня 1941 г., а испытания завершить в IV квартале того же года. Между тем по генеральному графику постройки головного линкора погрузка на него главных котлов должна была состояться еще в 1940 г. Часть вспомогательных механизмов котельных отделений была получена из-за рубежа.
Проблемным оказалось и изготовление гребных валов для крупных кораблей, так как в СССР не было необходимого станочного оборудования. Его закупили в Германии в 1939-1940 гг. Первоначально планировалось поручить изготовление всех 36 фрагментов валов (гребных, упорных, промежуточных) для головного линкора сталинградскому заводу № 221 (срок поставки - март 1940 г.). Для серийных кораблей выпуск валов намечалось организовать на Новокраматорском машиностроительном заводе. Однако оба завода оказались перегруженны другими заказами (прежде всего артиллерийскими). Валы пришлось заказывать за рубежом. Так, в 1940 г. в Голландии был размещен заказ на 75 фрагментов валопроводов для кораблей пр. 23 и 69, а в Германии - на 8 линий валов для линкоров пр. 23. К началу войны они полностью поставлены не были. Например, завод № 189 получил лишь несколько таких фрагментов с завода № 221.
Из-за несвоевременности изготовления всего энергетического оборудования для первых двух линкоров их спуск на воду в 1943 г. с полностью погруженными главными механизмами был сорван.
Еще одним важным фактором, который по мнению руководства НКСП задерживал постройку крупных кораблей, была нехватка рабочей силы. В 1938 г. трудоемкость постройки линкора пр. 23 оценивалась в 31,5 млн чел.-ч (из них 45% - корпусные работы); считалось, что при 4-летнем сроке строительства на нем должно быть занято 6500 чел., из них 4500 чел. непосредственно на корабле. По оценке НКСП для нормального развития строительства линкоров, тяжелых и легких крейсеров требовалось к 1942 г. увеличить численность работающих на заводах более, чем в 2 раза по сравнению с уровнем 1938 г.
Понимая нереальность такого наращивания обычными способами, нарком СП И. Ф. Тевосян предложил прикомандировать к строящимся кораблям "...специальные команды краснофлотцев и старших специалистов для участия в строительстве этих кораблей с момента их закладки до окончания сдаточных испытаний". Нарком СП считал, что "...осуществление этого мероприятия потребует увеличения контингента призываемых в РККФ на 20 тыс. чел. ежегодно, но является совершенно необходимым для реального окончания строительства кораблей в установленные сроки". Нарком ВМФ с таким предложением не согласился, и оно не было реализовано. В итоге довести численность работающих до требуемой не удалось. Так, к 22 июня 1941 г. на судостроительных предприятиях Ленинграда и Николаева работало соответственно около 24,7 и 28,6 тыс. чел. или около 50% от численности, планировавшейся для них к концу 1940 г.
В соответствии с планами строительства кораблей ВМФ на 3-ю и 4-ю пятилетки поставка для линкоров артиллерийского вооружения должна была начаться с 1941 г. Головным по изготовлению орудий был определен ленинградский завод №232 ("Большевик"), а его основными контрагентами - завод № 221 ("Баррикады") и Новокраматорский машиностроительный завод (НКМЗ), на который возлагалось, в частности, изготовление люлек для 406-мм орудий.
Если разработка и освоение в производстве самих орудий не вызывали особых затруднений (завод № 221 изготовил 12 - 406-мм стволов, причем один из них был отстрелян на полигоне под Ленинградом), то сооружение башенных механосборочных цехов оказалось сложной задачей. Такой цех площадью 54 тыс. м построили и полностью оснаститили только на ЛМЗ. В одном из пролетов находился импортный карусельный станок с план-шайбой диаметром 1 8 м (для расточки оснований башен), устанавливались два 250-тонных мостовых крана, строились "ямы" для сборки 406-мм башен МК-1. Для их транспортировки частично в разобранном состоянии по Неве на Балтийский завод был спроектирован специальный лихтер. Первая башня должна была быть смонтирована на "яме" в I квартале 1941 г. (в дальнейшем срок был перенесен на вторую половину года).

В Николаеве башенный цех завода № 198 строился, как и на ЛМЗ, с 1937 г. Однако к началу октября 1940 г. на нем удалось установить лишь около 50% необходимого станочного оборудования. Поэтому была предпринята оказавшаяся безуспешной попытка передать изготовление башен для "Советской Украины" на Старокрамоторский машиностроительный завод (СКМЗ) им. С. Орджоникидзе. В Молотовске на заводе № 402 сооружение башенного цеха до войны практически не было начато, а заказанный для него карусельный станок так и остался в Германии. Поэтому было предложено оснастить линкор "Советская Россия" башнями, изготовленными в Ленинграде, и доставлять их в Молотовск по Беломорско-Балтийскому каналу. Однако планы 3-й пятилетки по изготовлению шести башен МК-1 ВІ941 г. и трех - в 1942 г. были сорваны.
Выпуск двухоорудийных 152-мм башен МК-4 намечалось поручить СКМЗ. Ссылаясь на загрузку завода другими заказами, Наркомат вооружения настаивал на передаче этого заказа другому предприятию. В итоге ни одна из башен МК-4 так и не была изготовлена. К началу войны не был закончен и опытный образец спаренной 100-мм башенной артуста-новки МЗ-14, работы по которой вел ЛМЗ. Больше повезло 37-мм автомату 46-К, опытный образец которого был изготовлен заводом № 8 им. Калинина и установлен на линкоре "Октябрьская Революция".
Сложная ситуация была с выпуском приборов управления стрельбой (ПУС) для линкоров и тяжелых крейсеров, возложенным на завод № 212. В 1941 г. он располагал вдвое меньшим количеством станко-часов, чем требовалось для выполнения плановых заданий.
Срыв плановых сроков изготовления артустановок не влиял прямым образом на ход строительства линкоров в 1939-1941 гг., поскольку монтаж вооружения должен был начаться после спуска кораблей на воду, намеченного на 1943 г.
Одновременно с постройкой линкоров для них должны были сооружаться достроечно-ремонтные сухие доки. На черноморском и северном театрах их местоположение определялось однозначно: Севасто-поль и Молотовск. На Балтике еще в 1933 г. новую военно-морскую базу (ВМБ) с доковым комплексом намечалось строить в Лужской губе Финского залива. Первоначально ее предполагалось соорудить к зиме 1941 г. Затем появился вариант создания ремонтно-достроечной базе в Копорском заливе, подальше от границы с Эстонией, но в январе 1938 г. нарком ВМФ П. А. Смирнов докладывал председателю КО В. М. Молотову о целесообразности ее строительства в более защищенном районе Большая Ижора-Ораниенбаум-Стрельна, а следующий нарком ВМФ М. П. Фриновский остановился на Большой Ижоре. Однако конкретные шаги в данном направлении были предприняты только с утверждением окончательного технического пр. 23.

Таблица 2. Стоимость постройки кораблей довоенных проектов

Корабли                                    Стоимость, млн. руб
Линейный корабль пр. 23   1180
Линейный корабль пр. 23   850
Лидеры пр. 1 и 38:
на заводах европейской части страны   29,1-38,7
на заводах Дальнего Востока   52,15-52,25
Эскадренные миноносцы пр. 7:
на заводах европейской части страны   20,4-27,35
на заводах Дальнего Востока   37,65-41,95
Подводные лодки:
XII серии   3,8
XV серии   5,5
X серии   7,7
IX серии   11,0
XIII серии   13,0
XIV серии   26,6

Постановлением от 13 июля 1939 г. КО обязал Наркомат строительства (ИКС) построить на КБФ, ЧФ и ТОФ по одному сухому доку для линкоров типа "Советский Союз" (в Молотовске к этому времени такие работы уже начались). Первые два должны были быть готовы к 1 июня 1 942 г., а третий - к 1 июля 1944 г. Были созданы две правительственные комиссии: по выбору местоположения доков (председатель - нарком ВМФ Н. Г. Кузнецов) и по разработке ТЗ на доки (председатель - академик А. Н. Крылов). Уже 2 октября 1939 г. Н. Г. Кузнецов докладывал В. М. Молотову, что комиссия выбрала на Балтике район Большая Ижора, а ориентировочная стоимость этого строительства составит 547 млн руб. Однако к реализации этого плана приступить не успели.
После начала войны с Финляндией и появления перспектив переноса государственной границы на запад, а также базирования части сил КБФ в Эстонии и Латвии, НК ВМФ вновь вернулся к идее создания в Лужской губе ВМБ с доковым комплексом. В соответствии с постановлением КО от 4 января 1940 г. эту базу предполагалось строить на восточном берегу губы в районе селения Ручьи. Новая ВМБ с причальной стенкой длиной 3630 м должна была обеспечивать базирование кораблей всех классов, в том числе одного линкора пр. 23 и одного тяжелого крейсера пр. 69. Одним из основных сооружений новой базы должен был стать сухой док длиной 350 м и средней (по высоте) шириной 47 м с судоремонтными мастерскими (общий объем помещений цехов - около 360 тыс. м ). Намеченные сроки строительства дока постоянно срывались, в связи с чем 20 июня 1941 г. Н. Г. Кузнецов обратился к заместителю председателя СНК СССР Н. А. Вознесенскому с письмом, содержащим просьбу о введении в строй дока строящейся ВМБ "Ручьи" не позднее, чем во II квартале 1 943 г. Аналогичный док сооружался и в Севастополе в Килен-Балке. Обе эти стройки остались незавершенными, как и линкоровский док в Молотовске на острове Ягры. Не были углублены и подходные фарватеры.
Таким образом, казавшийся сначала второстепенным вопрос о доках (а также фарватерах) вылился в сложную проблему, для решения которой требовались затраты, соизмеримые со стоимостью линкора, которая в 1940 г. была определена в 1180 млн руб. Учитывая опыт предыдущих отношений УК ВМФ с заводами по этому вопросу, фактическая стоимость головного линкора, вероятно, оказалась бы не менее 1 500 млн руб. Сравнительные данные о стоимостях постройки кораблей ряда довоенных проектов приведены в табл. 2. К началу войны затраты на линкоры пр. 23 превысили 600 млн руб. (плюс на НИОКР только в 1936-1 939 гг. было истрачено не менее 70-80 млн руб.).
После 22 июня 1941 г. в соответствии с постановлениями Государственного комитета обороны (ГКО) от 8, 10 и 19 июля все работы по созданию линкоров и тяжелых крейсеров были приостановлены, а их корпуса законсервированы. Интересно отметить, что в составленном Н. Г. Кузнецовым (в 1940 г), варианте плана 1941 г. на случай начала войны, предусматривалось "совершенно прекратить постройку линкоров и крейсеров на всех театрах, кроме Белого моря, где оставить достройку одного ЛК для освоения постройки тяжелых кораблей будущего".
На момент прекращения строительства техническая готовность кораблей в Ленинграде, Николаеве и Молотовске составляла соответственно 21,1 9%, 17,5% и 5,04% (по другим данным - 5,28%). При этом головной линкор "Советский Союз" по собственным работам завода-строителя имел готовность 30,72%, а по контрагентским поставкам и работам - всего 6,23%. Корпус корабля был в основном собран под еще не настланную верхнюю палубу и почти полностью выполнен под нижнюю, а кормовая часть была собрана на 80-85%. Выставленный на стапель металл (табл. 3) составил 87,5% массы металлического корпуса с подкреплениями и фундаментами и 18,3% массы по разделу "Бронирование".

Таблица 3. Ход строительства линкоров пр. 23

Название и заводской номер корабля   Завод-строитель   Дата закладки   Техническая готовность   Плановый срок (постановление от 19.10.1940г.)   Дата принятия постановления о разборке
         на 01.01. 1939   на 01.01. 1940   на 01.01. 1941   на момент остановки строитель-ства   спуска на воду   сдачи   
"Советский Союз" №С-299   №189 Балтийский им. Орджоникидзе, Ленинград   15.07.1938   0,16   5,96   19,44   21,19 (15818, из них броня - 4278)*   Июнь 1943 **   1945   29.05.1948г.
"Советская Украина" №С-352   №198 им.Марти, Николаев   31.10.1938   0,37   4,0   14,91   17,98 (13001, из них броня - 4558)*   Июнь 1943   1945   24.03.1947
"Советская Белоруссия" №С-101   №402, Молотовск   21.12.1939   -   -   2,57   2,57 (2648)*   -   -   19.10.1940
"Советская Россия" №С-102   №402, Молотовск   22.07.1940   -   -   0,97   5,04 (2125)*   III кв. 1943г.   1945   24.03.1947
* - в скобках указано количество (в тоннах) выставленного на стапель металла.
** - в июне 1941г. спуск планировался уже на октябрь 1943г.
Первый серийный линкор "Советская Украина" несколько отставал по готовности от головного. Монтаж механического оборудования (кроме водоотливных гидротурбин) ни на одном из этих кораблей не начинался из-за его полного отсутствия. В Молотовске же, где уже находились три комплекта импортных ПГЗА, сборка корпуса линкора "Советская Россия" не вышла из самой ранней стадии: в районе 16-184 шп. (на протяжении около 70% длины корабля) были собраны конструкции двойного дна и выставлены нижние поясья части переборок. Брони завод № 402 получил к началу войны всего 490 т.
Ретроспективный анализ поставки основных комплектующих изделий, брони и хода постройки линкоров показывает, что, не начнись война, намеченные сроки ввода их в строй (1945 г.), вероятно, пришлось бы переносить.

В годы войны попавший в руки немцев корпус "Советской Украины" был частично разобран (снято около 4000 т металла), а при отступлении из Николаева немцы приложили немало усилий к приведению корабля в состояние, исключающее возможность достройки. Корпус был подорван в районе 162-190 шп., ряд отсеков заполнен водой, а строительные леса подожжены. В итоге в 1944 г. техническая готовность корабля снизилась более чем в 2 раза. У двух других строившихся линкоров она за годы войны уменьшилась очень незначительно.
Для выработки предложений по дальнейшей судьбе недостроенных кораблей в августе 1946 г. была образована комиссия под председательством заместителя министра судостроительной промышленности И. И. Носенко. ЦКБ-17, куда были переданы работы по пр. 23, в своем заключении отметило, что линкоры даже после модернизации будут уступать по своим боевым качествам значительному числу уже построенных иностранных линкоров, то есть, по сути, высказалось против достройки. Тем не менее в части линкоров заключение комиссии не было окончательным "ввиду сложности вопроса" (ведь И. В. Сталин высказался за достройку одного корабля). Если в отношении корпусов "Советской Украины" и "Советской России" рекомендация была однозначной - разобрать, то по головному линкору "Советский Союз" комиссия предложила два варианта: разобрать и достроить по корректированному проекту, - сопроводив каждый из них соответствующими пояснениями.
В пользу достройки говорило наличие на Балтийском заводе сохранившегося с технической готовно-стью 19,5% корпуса головного линкора, а в Молотовске - трех комплектов импортных ГТЗА, которые могли быть на него установлены после соответствующей переделки фундаментов в турбинных отделениях. Корректировка проекта была нужна также и вследствие устаревания ряда технических решений, а также из-за необходимости усовершенство-вания вооружения.
Доводы "против" сводились прежде всего к тому, что разработанный в 1936- 1939 гг. проект уже в значительной мере устарел: зенитное вооружение недостаточно, РЛС отсутствуют, палубное бронирование слабое, донная защита мала, размагничивающего устройства нет, отсутствует амортизация механизмов и приборов. Кроме того отмечалось, что скорость полного хода недостаточна, а отсутствие преимущества в скорости перед последними иностранными линкорами не даст нашему кораблю возможности удерживать противника на выгодных для боя дистанциях и курсовых углах. Сравнение в то время велось с гораздо более мощными линкорами ВМС США типа "Montana" (ГК в составе 4 х 3 - 406-мм орудий вместо 3x3 - 406-мм у нашего). Делался вывод, что ЛК пр. 23 почти не имеет шансов на удачный исход боя. Тот факт, что линкоры типа "Montana" не закладывались, а их постройка была отменена еще в 1943 г., то ли был у нас неизвестен, то ли, что более вероятно, просто игнорировался.
Против достройки комиссией выдвигался и такой курьезный довод: "ТТЭ ЛК расшифрованы в связи с оккупацией завода... на стапеле которого находился корабль".
Но были и более убедительные доводы. Так, корректировка проекта и выпуск рабочих чертежей оценивались в 2-2,5 млн конструкторских часов, то есть требовали 2,5-3 лет работы ЦКБ-17 с освобождением его от других работ. Следовало учитывать и загрузку прочих организаций. Все это неблагоприятно отразилось бы на разработке проектов кораблей новой программы (крейсера пр. 68бис, 82 и 65). Кроме того, комиссия отметила, что достройка одного линкора с индивидуальным оборудованием с производственной точки зрения нерентабельна и вызовет большие трудности с размещением заказов на его изготовление. В первую очередь это коснется поставок брони предельной толщины, изготовление которой до 1941 г. освоено не было, следовательно, напряженное положение с броней еще более осложнится. Так же будет обстоять дело с постройкой башен, ПУС и электротехнического оборудования. По трудоемкости достройка "Советского Союза" ориентировочно приравнивалась к постройке 5-6 легких крейсеров пр. 68бис (последнее комиссия сочла более предпочтительным).
Руководство МСП было категорически против достройки линкора. Эту точку зрения поддержало и Главное управление кораблестроения ВМФ. Его начальник инженер вице-адмирал Н. В. Исаченков в марте 1946 г. докладывал в Генеральный штаб: "В случае достройки "Советского Союза" пришлось бы провести серьезную переработку проекта, что займет не менее 2-3 лет. При этом мы все равно не получили бы современного ЛК. Считаю целесообразным достройку ЛК "Советский Союз" не проводить и разобрать его".
24 марта 1947 г. вышло постановление Совета Министров (СМ) СССР "О недостроенных кораблях предвоенной и военной постройки". Из линкоров оно касалось только "Советской Украины" и "Советской России", которые предписывалось разобрать на стапелях. Согласно постановлению СМ СССР от 29 мая 1948 г по ЛК "Советский Союз", его корпус был разобран в 1949 г., а один отсек (район 108-1 14 шп.) спущен на воду и оборудован для натурных испытаний подводной защиты, которые так и не состоялись (табл. 3).
Уроки проектирования и строительства линкоров и тяжелых крейсеров в довоенный период доказали несостоятельность мнения руководства, полагавшего в середине 30-х годов, что "большим скачком" (как это удалось в авиа- и танкостроении, а отчасти и в судостроении) с привлечением иностранной технической помощи можно в считанные годы достичь лучшего мирового уровня в крупном надводном судостроении, наладив серийный выпуск больших и малых линкоров (тяжелых крейсеров) по несколько единиц в год.
Экономика и промышленность страны были совершенно не готовы к этому, а упование на иностранную помощь ставило намеченную программу в полную зависимость от складывающейся внешнеполитической ситуации, для влияния на которую эти корабли в основном и предназначались. На рубеже 1940-1941 г. складывалась тупиковая ситуация: к началу надвигающейся войны с Германией они явно не поспевали (да и не очень были нужны в такой войне), а продолжение их постройки фактически являлось лишь созданием задела на неопределенное послевоенное будущее. Такая затяжка с постройкой заведомо обрекала заложенные корабли на моральное устаревание. Можно предположить, что эта ситуация была вполне осознана И. В. Сталиным, в результате чего строительство линкоров и тяжелых крейсеров с конца 1940 г. было исключено из высших государственных приоритетов и, по сути дела, пущено на самотек. Иначе трудно понять, почему за полный срыв всех ранее намеченных планов постройки тяжелых кораблей никто не был наказан и, более того, некоторые их участники удостоились Сталинской премии. Провал с созданием этих кораблей в известной мере замаскировала разразившаяся война.
Полученный урок пошел впрок. В первой послевоенной десятилетней программе военного судостроения самыми крупными кораблями оказались уже менее претенциозные тяжелые крейсера пр. 82, причем в гораздо более умеренном, чем ранее, количестве (4 ед. за 10 лет). Новые линкоры (пр. 24) в этой программе были лишь обозначены закладкой. Серьезно заниматься ими в Минсудпроме не собирались. Со смертью И. В. Сталина крупные боевые корабли надолго исчезли из наших судостроительных программ. Синдром негативного к ним отношения сохранялся у руководства всех уровней вплоть до конца 60-х годов.
Тем не менее, предвоенные работы по созданию тяжелых артиллерийских кораблей явились мощным импульсом для развития потенциала не только судостроительной, но и обеспечивающих ее других отраслей промышленности. Следует констатировать, что работы по созданию тяжелых кораблей с чисто технической точки зрения явились весьма поучительным и полезным этапом отечественного военного судостроения.

Линейные корабли типа "Советский Союз""


Боевым уставом Военно-Морских Сил РККА—1930 г. (БУ-30) линейные корабли признавались главной ударной силой флота, а курс на индустриализацию СССР открывал реальные перспективы в их создании. Однако дело сдерживалось не только ограниченными финансовыми возможностями, но и догматизмом, крайностями в развитии военно-морской теории. Ведущим теоретикам Б. Б. Жерве и М. А. Петрову, выступавшим за пропорциональное соотношение различных классов кораблей в боевом составе флота, на рубеже 20— 30-х гг. наклеили ярлыки апологетов "буржуазной старой школы"; при этом М. А. Петров, блестяще отстоявший флот от коренного его сокращения в острой полемике с М.Н. Тухачевским на заседании РВС СССР, оказался в тюрьме, где впоследствии и погиб.
Под влиянием заманчивой идеи решить задачи морской обороны СССР путем массового строительства сравнительно дешевых подводных лодок, торпедных катеров и гидросамолетов верх в теоретическом споре одержали не всегда компетентные специалисты так называемой молодой школы; некоторые ее представители из коньюнктурных соображений подрыва авторитета «старых спецов» искажали картину борьбы на море в ходе первой мировой войны, идеализируя боевые возможности «новых средств», например, подводных лодок. Иногда такие односторонние концепции разделяли и руководители Военно-Морских Сил РККА; так, в октябре 1933 г. сам начальник ВМС СССР (на-морси) В. М. Орлов с подачи наиболее агрессивного «теоретика» А. П. Александрова потребовал «разоблачения в печати» и «изъятия из обращения» книги «Англо-американское морское соперничество», изданной Институтом мирового хозяйства и политики; один из ее авторов — П. И. Смирнов, занимавший, кстати, должность заместителя инспектора ВМС РККА, осмелился объективно показать место линкоров в составе флота, что А. П. Александров расценил как «беззастенчивую атаку на линию партии в военно-морском строительстве, подрывающую уверенность личного состава в своем оружии» [1].
Примечательно, что еще в период увлечения москитными силами (октябрь 1931 г.) группа инженеров КБ Балтийского завода в Ленинграде словно предвидела скорую необходимость создания крупных кораблей; они представили руководству промышленности докладную записку, в которой содержались предложения о начале подготовительной работы, выборе типов, составлении проектов, укреплении материальной базы, конструкторских и рабочих кадров [1]. Многие из подписавших этот документ участвовали в проектировании советских линкоров. Важность постройки крупных кораблей в середине 30-х гг. стала очевидной для наморен В. М. Орлова, его заместителя И. М. Лудри и начальника Главморпрома наркомата тяжелой промышленности Р. А. Муклевича.
Наибольших успехов в 1935 г. добилось Центральное конструкторское бюро спецсудостроеиия Главморпрома (ЦКБС-1), возглавлявшееся В. Л. Бжезинскнм. Среди целого ряда перспективных проектов прорабатывались шесть вариантов линкоров стандартным водоизмещением от 43 000 до 75 000 т. По результатам работы главный инженер ЦКБС-1 В. П. Римский-Корсаков (в недавнем прошлом — заместитель начальника Учебно-строевого управления ВМС) составил обобщенный свод ТТЭ, который В. Л. Бжезинский 24 декабря 1935 г. доложил руководству Морских Сил и Главморпрома [1]. Первый наряд на эскизное проектирование «проекта № 23 линкора для Тихоокеанского флота» Главморпром выдал Балтийскому заводу уже 21 февраля 1936 г., однако задание на этот проект не утвердили и подвергли корректированию по вариантам ЦКБС-1. В. М. Орлов признал «интересными и актуальными» для ВМС проекты линкоров стандартным водоизмещением 55 000—57 000 и 35000 т (вместо варианта 43000 т); 13 мая 1936 г. он дал указания И. М. Лудри о выдаче «ясных заданий» флотскому Научно-исследовательскому институту военного кораблестроения (НИВК) и промышленности для «окончательного эскизного проектирования крупных кораблей» в развитие избранных вариантов [1]. Предварительные тактико-технические задания на эскизы, разработанные под руководством начальника Отдела кораблестроения УВМС инженер-флагмана 2 ранга Б. Е. Алякрицкого, утвердил 15 мая 1936 г. И. М. Лудри .

Таблица 1. Предварительные ТТЗ на линкоры.

Элементы                                  ТОФ    ТОФ         БФ и ЧФ
Стандартное водоизмещение, т    80000    55000    35000
Скорость, уз                      24—28    30             30
Дальность плавания, мили    10000     7000-10000 6000—8000
Число орудий — калибр, мм    9-500    9-460    9-400
                                     16—152    12-152    16—130
                                     24—100    16(24)-100    
                                      16—37      16—37    16—37
                                                   16-12,5    16—12,5
Бронирование борта и палубы, мм 500    420              380
                                           250    200—250    200

Концепция строительства двух типов линкоров (большего и меньшего водоизмещения) основывалась на различиях театров военных действий — открытого Тихоокеанского, ограниченных Балтийского и Черноморского. Составители ТТЗ исходили из оптимальных характеристик кораблей, определявшихся уровнем техники и опытом минувшей войны, боевой подготовки. Однако в начальной стадии проектирование испытало сильное влияние иностранного опыта и договорных ограничений водоизмещения, предусматривавшихся Вашингтонским (1922 г.) и Лондонскими (1930 и 1936 гг.) соглашениями, в которых СССР официально не участвовал. В. М. Орлов склонился к уменьшению водоизмещения и калибра вооружения первого линкора Тихоокеанского флота, а для второго избрал вариант относительно небольшого, но быстроходного корабля, воплощенный в проектах французского «Дюнкерка» и германского «Шарнхорста». При обсуждении эскизов не прошло предложенное КБ Балтийского завода размещение всех трех башен главного калибра «большого» линкора в носовой части корпуса (по примеру английского линкора «Нельсон»). За основу был принят эскиз ЦКБС-1, в котором две трехорудийные башни размещались в носу, а одна — в корме. 3 августа 1936 г. В. М. Орлов утвердил ТТЗ на эскизное проектирование линкоров типов «А» (проект 23) и «Б» (проект 25), предложенное на конкурсной основе ЦКБС-1 и КБ Балтийского завода.
В соответствии со специальным положением, утвержденным В. М. Орловым и Р. А. Муклевичем 21 августа 1936 г., работа над проектами велась в тесном взаимодействии начальников КБ и ЦКБС С. Ф. Степанова и В. Л. Бжезинского с представителями ВМФ, наблюдавшими за проектированием. Экспертизу возложили на начальников флотских институтов под общим руководством начальника НИВКа инженер-флагмана 2 ранга Н. В. Алякринского; главным наблюдающим по линкору "А" назначили военинженера 2 ранга Е. П. Либеля.
В ноябре 1936 г. материалы эскизных проектов линкоров "А" и "Б" вместе с отзывами наблюдающих и НИВКа рассматривались в Отделе кораблестроения УВМС (начальник — инженер-флагман 2 ранга Б. Е. Алякрицкий). Для составления общего технического проекта первого из линкоров избрали наиболее продуманный вариант КБ Балтийского завода (стандартное водоизмещение 45 900 т) с изменениями, утвержденными наморси В. М. Орловым 26 ноября 1936 г.; водоизмещение, например, допускалось в пределах 46— 47 тыс. т при увеличении осадки в полном грузу до 10 м, предусматривалось усиление бронирования палуб и носовой оконечности. Разработка общего технического проекта линкора типа "Б" поручалась ЦКБС в развитие представленного им же эскизного при стандартном водоизмещении 30 900 т (полное — 37800).

Таблица 2. ТТЗ на линкоры типов "А" и "Б"

Элементы                          Проект 23 ("А")   Проект 25 ("Б")
Стандартное водоизмещение, т         41500                26400
Скорость, уз                              30                  50
Число орудий — калибр, мм          9-406                 9-305
                                            12—152                12-130
                                            12—100                  8-100
                                             40—37                 24—37
               2 катапульты, 4 самолёта    2 катапульты, 4 самолёта
Бронирование борта и палубы, мм    380                 200
                                                 185                      150

Выполняя постановление правительства от 16 июля 1936 г., Отдел кораблестроения УВМС выдал 3 декабря заказ Главморпрому на постройку восьми линейных кораблей со сдачей флоту в 1941 г. В Ленинграде предполагали строить два линкора проекта 23 (Балтийский завод) и столько же проекта 25, в Николаеве — четыре проекта 25 [1]. Это решение фактически означало очередную корректуру программы кораблестроения второй пятилетки (1933— 1937 гг.), дополняя ее ранее не предусмотренными линейными кораблями. Однако реализация новых планов усиления флота встретила серьезные затруднения, часть которых определялась огромным объемом опытных работ, способных обеспечить успех проектирования и строительства; имелось в виду изготовление паровых котлов, отсеков противоминной защиты, броневых плит, макетов турбинных и котельных отделений в натуральную величину, испытания воздействия бомб и снарядов на палубную броню, систем орошения, дистанционного управления, кондиционирования воздуха и т. п. Особенно сложными оказались проблемы создания артиллерийских установок и турбинных механизмов большой мощности.
« Последнее редактирование: Ноября 14, 2009, 01:20:16 am от ura-k »
Записан

ura-k

  • Редактор
  • Участник
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 137
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #1 : Ноября 14, 2009, 01:40:54 am »

Все эти затруднения преодолевались в обстановке дезорганизации управления флотом и промышленностью, вызванной репрессиями 1937—1938 гг., когда жертвами стали практически все руководившие выбором типов и созданием будущих линкоров. Усугубилось и без того бедственное положение с наличием квалифицированных командных и инженерно-технических кадров, в результате чего закладка кораблей в 1937 г. не состоялась, а сами задания на проектирование подвергались серьезным изменениям. От проекта 25 отказались, в дальнейшем он трансформировался в тяжелый крейсер (проект 69, "Кронштадт") [2]. В августе-сентябре того же года новое руководство ВМС РККА (наморси—флагман флота 1 ранга М. В. Викторов, его заместитель—флагман флота 2 ранга Л. М. Галлер) переработали ранее составленный план постройки кораблей, рассчитанный на десять лет. Этот вариант предусматривал перспективное строительство 6 линкоров типа "А" и 14 — типа "Б" вместо 8 и 16. Однако и такой усеченный план, представленный в Комитет Обороны Маршалом Советского Союза К. Е. Ворошиловым в сентябре 1937 г., так и не был утвержден официально.
Несмотря на проблематичность реализации десятилетней программы, правительство решением от 13/15 августа 1937 г. определило переработку технического проекта 23 с увеличением стандартного водоизмещения до 55— 57 тыс. т при оптимизации броневой и конструктивной подводной защиты и отказе от двух кормовых 100-мм башен. Рост водоизмещения, отражавший объективную необходимость совмещения мощного вооружения, надежной защиты и высокой скорости, доказывал обоснованность первоначальных заданий 1936 г. Одновременно ЦКБ-17 получило разработанное комиссией флагмана 2 ранга С. П. Ставицкого тактико-техническое задание на проектирование линейного корабля "Б" (проект 64) с 356-мм артиллерией главного калибра. Для проектов 23 и 64 предполагалась унификация главных турбозубчатых агрегатов мощностью 67 000 л. с. каждый (техническая помощь швейцарской фирмы "Броун-Бовери"), 152-, 100-мм башен и счетверенных 37-мм автоматов отечественной разработки.
Материалы технического проекта 23 (начальник КБ Балтийского завода Грауэрман, главный инженер Б. Г. Чиликин) рассматривались в Управлении кораблестроения (УК) ВМС РККА в ноябре 1937 г. В декабре начальник ЦКБ-17 Н. П. Дубинин и главный инженер В. А. Никитин представили в УК эскизный проект 64, однако оба их признали неудовлетворительными. В проекте 23 (стандартное водоизмещение 57825, полное — 63900 т) оставалось множество нерешенных вопросов, связанных с разработкой главной энергетической установки, башен противоминной и зенитной артиллерии, донной защиты и системы бронирования, которая не соответствовала результатам опытного бомбометания. Недостатки проекта 64 в значительной степени объяснялись самим заданием, предполагавшим создание заведомо слабого корабля, призванного решать задачи "во взаимодействии с другими средствами соединения" [1]. Вооружение (девять 356-, двенаддать 152-, посемь 100-, тридцать два 37-мм орудия) и его характеристики (для 356-мм планировались 750-кг снаряды с начальной скоростью 860— 910 м/с) при скорости 29 уз не могли бы обеспечить линкору типа "Б" тактические преимущества в единоборстве с такими же иностранными. Стремление конструкторов к выполнению жестких требований ТТЗ по защите корабля привело к росту стандартного водоизмещения почти до 50 000 т. Пожелания Управления кораблестроения ВМС по сокращению водоизмещения до 45 000 т так и не осуществились — в начале 1938 г. от линкора "Б" отказались.
Руководство вновь созданного наркомата ВМФ (нарком П. А. Смирнов, начальник Главного морского штаба Л. М. Галлер) в феврале 1938 г. остановилось на единственном, наиболее сильном типе линейного корабля. Программой на 1938—1945 гг. предусматривалась постройка 15 линкоров типа "А" [1]. Однако и эта перспективная программа с последующими вариантами, направленная И. В. Сталину, В. М. Молотову и К. Е. Ворошилову, также не была утверждена официально.
В августе 1939 г. руководство ВМФ приняло решение довести состав линейного флота до 15 единиц к 1 января 1948 г.: шесть линкоров предназначалось для Тихоокеанского, четыре — Балтийского, три — Черноморского и два — для Северного флотов. Такой объем строительства явно не соответствовал возможностям промышленности. Только в июле 1940 г. нарком ВМФ Н. Г. Кузнецов представил ЦК ВКП(б) программу на третью пятилетку, откорректированную совместно с наркоматом судостроительной промышленности по решению Комитета Обороны от 9 января 1940 г. Предполагалось в 1938—1942 гг. построить шесть линкоров проекта 23, причем ни один из них даже не планировалось сдать флоту ранее 1 января 1942 г.
В годы третьей пятилетки кораблестроение фактически направлялось отдельными постановлениями Комитета Обороны, в том числе ежегодными "программами военного судостроения". Не дожидаясь утверждения окончательного технического проекта, на Балтийском заводе 15 июля 1938 г. заложили головной линейный корабль проекта 23 — "Советский Союз" (заводской № 299, главный строитель Н. Ф. Мучкин), 31 октября в Николаеве состоялась закладка однотипной "Советской Украины" (№ 352); "Советскую Белоруссию" (№ 101) и "Советскую Россию" (№ 102) заложили в Молотовске (ныне Северодвинск) соответственно 21 декабря 1939 г. и в 1940 г. На двух заводах строительство возглавляли П. С. Ермолаев и А. П. Кириллов [3].
Любопытно, что за девять дней до закладки первого линкора 6 июля 1938 г. в Лондоне состоялось подписание Дополнительного протокола к советско-английскому Морскому соглашению 1937 г., согласно которому максимальное стандартное водоизмещение для этого класса кораблей повышалось с 35000 до 45000 т [4]. Составители технического проекта 23, проходившего очередное рассмотрение осенью 1938 г., немалую часть объяснительной записки посвятили рассуждениям о линкоре, стандартное водоизмещение которого достигло 58 500 в метрических тоннах, а в английских — 57 600. Пришлось пойти на дипломатическую хитрость; из наркомата ВМФ через наркомат иностраниных дел (под контролем НКВД) в Англию сообщили о начале постройки в 1938 г. двух линкоров стандартным водоизмещением по 45 000 т; эти данные и появились в иностранных справочниках 1939—1940 гг. [1].
Окончательный технический проект линкора типа "А" Комитет Обороны утвердил своим специальным постановлением только 13 мая 1939 г., участие в его создании принимали главный инженер КБ Балтийского завода Б. Г. Чи-ликин, инженеры В. В. Ашик, Б. Я. Гнесин, В. И. Неганов, Л. В. Тагеев и другие, отвечали за согласование и проведение опытных работ руководители ВМФ и промышленности — флагман флота 2 ранга И. С. Исаков, И. Ф. Тевосян и Л. М. Каганович. Проектом определялись следующие основные элементы и характеристики [1]: стандартное водоизмещение 59150, полное — 65 150 т, наибольшая длина 269,4, по КВЛ —260, наибольшая ширина 38,9, осадка при полном водоизмещении 10,4, начальная метацентрическая высота 3,4 м. Главная энергетическая установка включала шесть котлов треугольного типа, три четырехкорпусные активно-реактивные турбины (по числу валов и винтов) суммарной мощностью 201 000, допускавших двухчасовое форсирование до 231 000 л. с., скорость предусматривалась 28 и 29 уз соответственно. Полный запас мазута (5530 т) должен был обеспечить расчетную дальность плавания 14—14,5-узловым экономическим ходом до 5580 миль; предусматривались два бортовых руля, столько же становых и запасной якоря массой по 13 т и стоп-анкер 4, 5 т.
Вооружение линкора "А" предполагалось следующим: девять 406-мм орудий главного калибра в трех башнях (масса снаряда 1105 кг), двенадцать 152-мм противоминной артиллерии в шести двухорудийных башнях, восемь 100-мм зенитных дальнего боя в четырех спаренных башнях и тридцать два 37-мм зенитных автомата ближнего боя в счетверенных башенноподобных установках-гнездах. Расчетная дальность стрельбы 406-мм орудий составляла 248 кабельтовых, а 152-мм —170 при максимальных углах возвышения. Для управления артогнем предполагалось использовать командно-дальномерные посты, стабилизированные посты наводки зенитных пушек дальнего боя и приборы управления автоматическим зенитным огнем с соответствующими центральными артиллерийскими постами; в башнях главного калибра предусматривались 12-м дальномеры и автоматы стрельбы.
В кормовой части планировалось установить катапульту для четырех самолетов "КОР-2", для двух из которых предусматривался ангар. В состав вооружения входили также по две пары основных и запасных параванов, три комплекта дымоаппаратуры, по четыре боевых 90- и 45-см сигнальных прожекторов. К средствам связи относились радиостанции типов "Ураган", "Шторм", "Бриз", "Скат", "Рейд", впутрикора-бельные звонковая сигнализация, радиотрансляция, телефон и пневмопочта.
Бронирование и противоминная защиты (ПМЗ) рассчитывались на сопротивление 406-мм снарядам, 500-кг авиабомбам и торпедам с зарядом тротила 750 кг. Плиты главного броневого пояса толщиной 375—420 мм планировалось расположить вертикально вплоть до верхней палубы, которой отводилась и роль главной броневой (155 мм); горизонтальную защиту планировалось дополнить средней (противоосколочной) палубой толщиной 50 мм, а впереди первой башни главного калибра бронировать верхнюю палубу 100-мм плитами, палубу полубака — 25 мм листами. В носовой части толщина броневого пояса по ватерлинии уменьшалась до 220, в корме — до 130 мм. Вертикальная защита корпуса включала также траверзы толщиной от 50 до 365 мм. Защита командования обеспечивалась носовой (425 мм), кормовой (220) и флагманской (75) боевыми рубками. ПМЗ средней части корпуса на протяжении 64— 153 шп. решили выполнить по итальянской системе (Пульезе), чтобы ее общая ширина у миделя превысила 8 м; для кормовой части (153—170 шп.) выбрали так называемую американскую систему защиты, основанную на сочетании заполненных и пустых отсеков, разделенных плоскими переборками.
В соответствии с первым штатом, утвержденным осенью 1937 г. по результатам работы комиссии капитана I ранга К. И. Самойлова, экипаж предполагался в 1664 чел. [1]. В 1939— 1940 гг. временно (до вступления корабля в строй) действонали сокращенные штаты — так называемые кадры.

Таблица 3 Штаты линкоров типа "Советский Союз"

Категория личного           Штат 1937 г. Кадры 1939 г. Кадры 1940 г. состава
   
                                         "А"    "Б"    "В"    "А"    "Б"
Командный                           41    12    19    42    2    12
Начальствующий и технический   71    20    24    57    5    33
Младший начальствующий    266    33    95    299    37    187
Рядовой                                1281    1    37    653    178    1068
Итого                                1664    66    175    1051    212    1300

Экипаж подразделялся иа командование, партийно-политический аппарат, 6 боевых частей (включая авиационную), 3 службы — химическую, санитарную и снабжения, боцманскую и музыкальную команды. Самая многочисленная — артиллерийская боевая часть — только одну 406-мм башню полагалось обслуживать 108 чел. Для командного и начальствующего составов предназначались каюты, рядового — кубрики, оборудованные постоянными койками.
По основным наступательным и оборонительным элементам "Советский Союз" должен был превосходить английские, немецкие, итальянские и французские линкоры постройки 1932— 1941 гг. Американские линкоры типа "Айова" (1941 —1945 гг.) полным водоизмещением 58 000 т по вооружению и бронированию примерно соответствовали заложенным советским, превосходили их в скорости (33 уз), зато уступали в мощности противоминной зашиты. Более крупные японские корабли типа "Ямато" (1937—1942 гг., 72809 т) и американские типа "Монтана" (1944— 1945 гг., не достроены, 70500 т) имели и более сильное вооружение — по девять 457 и двенадцать 406-мм орудий соответственно; тоже недостроенные немецкие линкоры типа "Н" (1939 г., 68 000 т) предполагалось вооружить восемью 406-мм орудиями.
К наиболее сильным сторонам проекта "Советский Союз" следует отнести продуманные и достаточно полные броневую и противоминную защиты, а также высокие ТТД артиллерии главного калибра, которая превосходила все корабельные системы 1941— 1945 гг. по дальности стрельбы и эффективности воздействия (за исключением 1460-кг снарядов "Ямато"). Общий вес бронирования без брони вращающихся частей башен должен был достичь 24 тыс. т ("Ямато"— 21266, "Бисмарк" — 17540). Постройка линкоров шла нарастающими темпами, которые, однако, отставали от запланированных, особенно в 1939 г.; к осени по разным причинам не удалось задействовать нее контрагентные организации, количество которых для головного достигало 122; так, не был заключен договор на поставку главных турбин, остававшихся самым уязвимым местом всего процесса постройки. Наиболее продвигались работы по корпусу, бронированию и главной артиллерии — первое 406-мм орудие успешно прошло испытания на полигоне в 1940 г.
К осени того же года в наркомате ВМФ убедились, что плановые сроки готовности практически не достижимы, а сама программа нуждается в сокращении (стоимость одного корабля по оценкам 1939 г. достигала 1100 млн. руб.). В соответствии с постановлением от 19 октября 1940 г. отменили закладку очередных крупных кораблей, постройку "Советской Белоруссии" прекратили, а работы на "Советской России", наоборот, ускорили. Для трех оставшихся линкоров установили новые сроки спуска на воду, однако их достройке помешала война.
"Советская Украина" осталась на стапеле в захваченном Николаеве, а средства, предназначавшиеся для других линкоров пришлось перевести на постройку эсминцев, подводных лодок и катеров, на производство вооружения, техники для сухопутных войск и авиации. Постановлением Государственного Комитета Обороны от 10 июля 1941 г. строительство линкоров проекта 23 приостановили, работы законсервировали. По приказу наркома ВМФ от 10 сентября "Советский Союз", "Советскую Украину" и "Советскую Россию" исключили из состава флота. Во время битвы за Ленинград броня головного корабля использовалась для оборонительных сооружений. В середине 1949 г. недостроенный корпус линкора удалось спустить на воду и вскоре разобрать, частично использовав для различных опытов. Элементы корпусов других линкоров разобрали прямо на стапелях.

Таблица 4. Строительство линкоров типа "Советский Союз"

Название    Вступление в строй по плану 1939 г.    Спуск на воду по решению от 10 октября 1940 г. Готовность в %, на 22 июня 1941 г.
"Советский Союз"             1943    Июнь 1943    20
"Советская Украина"    1943    Июнь 1943    18
"Советская Белоруссия"    1944      —     —
"Советская Россия"    —    Третий квартал 1943    5
 
Развитие типа первого советского линейного корабля не ограничилось проектом 23. Создание перспективных вариантов началось сразу же после закладки "Советского Союза". 5 февраля 1939 г. наркомат ВМФ доложил о готовности ТТЗ для заказа линкора в США, однако он не состоялся по политическим мотивам. В марте 1940 г. начальник ГМШ Л. М. Галлер утвердил ТТЗ на корректирование проекта 23, в развитие которого специалисты флота и промышленности прорабатывали проекты 23-бис и 23-НУ, а также 24, работа над которым продолжалась и в годы Великой Отечественной войны. Основные направления совершенствования проекта 23 — усиление донной защиты и зенитного вооружения.

Таблица 5. ТТЗ на линкоры 1939—1945 гг.
 
Элементы и      Для заказа      Проект 23-НУ      Проект 24 Вариант
характеристики в США         30 сентября 1940 г.               1945 г. 
                  5 февраля 1939 г
             
Стандартное водоизмещение,т45000 Не устан.  Не устан.   75000
Скорость, уз                              30   28—29    30   32
Дальность плавания, мили (скорость, уз)    6000   7950 (14,5)    6000 (24)   6000 (21)
Артиллерийское вооружение, мм 12х406  9х406   9х406   9х406
                                                24х127  23х152 24х130 12х152
                                                32х40    16х100 48х45   28х85
                                                            44х37               48х45
                                                            20х12,5             40х20
 
В начале 1945 г. нарком ВМФ Н. Г. Кузнецов создал специальную подкомиссию для составления оперативно-тактических заданий на новые линкоры и тяжелые крейсеры, председателем подкомиссии он назначил вице-адмирала С. П. Ставицкого. Обсуждались несколько вариантов заданий, которые, однако, не дошли до реализации из-за целого ряда причин политического, экономического и военного характера. Среди важнейших — появление атомного оружия, заставившего пересмотреть взгляды на роль крупных бронированных кораблей. Несмотря на то, что постройка линейных кораблей типа "Советский Союз" не была завершена, она сыграла заметную роль в развитии отечественного кораблестроения.
Записан

ura-k

  • Редактор
  • Участник
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 137
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #2 : Ноября 14, 2009, 02:00:27 am »

Артвооружение линкоров заложенных в предвоенные годы

Стало уже правилом проектировать корабельную артиллерию на базе существующих образцов оружия и боевой техники или конструировать специально для того или иного корабля. Поскольку в практике советского кораблестроения отсутствовал опыт создания столь больших и сложных кораблей, как линкоры, пришлось, например, совершенно заново разрабатывать главный калибр (ГК), не оказалось приемлемых артустановок вспомогательного калибра, стабилизированных приборов и т. д. С другой стороны, отсутствие готовых образцов позволило более обоснованно подойти к выбору целесообразного калибра и состава артиллерийского вооружения линкоров, которые по замыслу должны были стать одними из сильнейших в мире.
В качестве главного калибра линкоров типа "Советский Союз" выбрали 406-мм пушки, которые планировалось разместить в трех трехорудийных башнях. Рассматривались альтернативные варианты с 356- и 457-мм орудиями, однако проведенные в Военно-морской академии исследования показали следующее: "При водоизмещении 50 000 т три четырехорудийные 356-мм башни будут менее эффективны, а две трех-орудийные 457- не дадут явного преимущества по сравнению с тремя трех-орудийными 406-мм". Имелись аргументы против 457-мм калибра и технического порядка; дело в том, что еще русская, а затем и советская промышленность имела опыт создания 356-мм орудий, но не получалось изготовление стальных шаров для вращения трехорудийиых башен линейных крейсеров типа "Измаил". Эти шары изготавливал завод фирмы "Шкода", но с началом первой мировой войны поставки из Австро-Венгрии прекратились, что и послужило одной из причин срыва достройки линейных крейсеров. Заявить открыто в 30-е годы о том, что советская промышленность чего-то не может было, как минимум, рискованно. Трезвомыслящие производственники достаточно ясно представляли реальные возможности нашей металлургии и всячески пытались уйти от трехорудийпых 457-мм башен, вес которых мог достигнуть 3000т.
Трехорудийная башня МК-1, оснащенная 406-мм пушками Б-37, делилась 60-мм броневыми переборками на три отсека. Как и все артсистемы столь крупного калибра. МК-1 имела фиксированный угол заряжания, т. е. после каждого выстрела (независимо от угла прицеливания) орудие автоматически возвращалось на угол +6°, и после заряжания снова выполнялась вертикальная наводка. Это обусловливало две скорострельности — 2,5 выстрела/мин, при углах наведения до 14° и 1,73 — при больших углах. В специальной выгородке башни предусматривался 12-м стереодальномер — самый большой из созданных в нашей стране (дальномеры с базой 15 м имели только японские линейные корабли типа "Ямато"). В кормовой части башни, в отдельной выгородке, располагался башенный центральный пост с автоматом стрельбы (прибором 1-ГБ).
Кроме того, башни оснащались стабилизированными прицелами МБ-2, предназначавшимися для самоуправления огнем по морским или видимым береговым целям; МБ-2 могла использоваться и в качестве дублирующего визира центральной наводки для управления огнем ГК через центральный артиллерийский пост (ЦАП) при выходе из строя командно-дальномерных постов (КДП) с основными визирами центральной наводки. Конструктивно МБ-2 представлял собой перископический прибор панорамного типа с плавным увеличением и состоял из двух оптических систем — своего курсового угла на цель, угла крена и угла места цели, заключенных в общий корпус. Угловые величины, определявшиеся МБ-2 по линиям синхронной связи, поступали при стрельбе на самоуправлении в БАС; туда же от дальномера непрерывно поступала информация о дистанции до цели и вводился вручную целик, определявшийся по таблицам командиром башни. Прибор 1-ГБ представлял собой простейший автомат величины изменения расстояния, имевший специальный планшет ("график"), позволявший корректировать действие автомата по данным, которые командир башни наблюдал в визир.
Каждая башня имела два погреба — снарядный и зарядный, располагавшиеся один над другим и смещенные относительно оси вращения арт-установки. Такое расположение, а значит, и смещение линий подачи боеприпасов, наряду с применением автоматических захлопок, отсекавших отдельные участки трактов подачи снарядов и зарядов, мог привести к тому, что в случае воспламенения зарядов форс огня ударил бы не в погреб, а в трюм. Зарядные погреба, как более пожароопасные, размещались у днища корабля, подальше от районов возможного воздействия вражеских снарядов и авиабомб. Снаряды менее пожароопасны, но более чувствительны к детонации, поэтому погреба с ними хотели расположить под зарядными — подальше от возможного воздействия торпед и мин. Существовали и другие технические решения защиты от взрыво-пожароопасности; в частности, в погребах предусматривались системы орошения и затопления. Первая из них в виде трубопроводов с распылителями, должна была подключаться к общекорабельной пожарной магистрали посредством быст-рооткрывающихся клапанов, которые могли открываться либо вручную со специального трюмного поста, либо дистанционно от входа в погреб, из поста живучести или с места командира смены с помощью рукоятки, похожей на железнодорожный стоп-кран, либо автоматически — от инфракрасных датчиков или легкоплавкой проволоки. Пожарная магистраль кольцевого типа имела шесть перемычек, что значительно повышало ее живучесть, однако проект предусматривал и шесть пневмоци-стерн — резервных источников рабочей воды для борьбы с пожарами в погребах. В каждую пневмоцистерну должен был подаваться под давлением 8 атм воздух, а затем — вода из пожарной магистрали (18 атм); воды и воздуха вполне хватало на 50—60 с работы системы орошения. Погреба ГК могли затопляться со специального трюмного поста через перепускные клапаны в полу погребов, т. е. снарядный погреб затоплялся только после зарядного (время затопления зарядных погребов должно было составить 3—4 мин, а снарядных порядка 15. В погребах и артбашнях предусматривались также выхлопные крышки, способные автоматически открываться при резком нарастании давления в отсеке, всегда сопутствующего спонтанному воспламенению боеприпасов в замкнутом пространстве.
Каждый снарядный погреб рассчитывался на 300 снарядов, а зарядный на 306—312 зарядов, причем столь большое количество последних вызывалось необходимостью иметь по одному-двум вспомогательным зарядам на орудие для согревания каналов стволов перед стрельбою при минусовых температурах. В боекомплект ГК планировалось включить бронебойные, полубронебойные и фугасные снаряды в комплекте с усиленно-боевыми, боевыми, пониженно-боевыми и уменьшенными зарядами: фактически же в производстве находились лишь бронебойные и полубронебойные в комплекте с боевым зарядом. Планировавшийся набор зарядов позволял более гибко и рационально использовать артиллерию в бою; так, применение усиленно-боевого заряда вместе со специальным дальнобойным снарядом позволило бы вести огонь на дистанциях до 400 кабельтовых (кбт), а уменьшенно-боевого на дистанциях до 180, давало бы возможность поражать прежде всего палубу неприятельского корабля. Уменьшенный заряд предназначался для ведения боя с внезапно обнаруженным противником ночью и в условиях плохой видимости на дистанциях порядка 40 кбт.
Приборы управления стрельбой орудий главного калибра линкоров типа "Советский Союз" предназначались для центральной наводки (ЦН) всей артиллерии ГК по видимой или временно скрывающейся морской цели, идущей со скоростью до 42 уз. и дистанциях 250 кбт; ЦН по одной видимой морской или береговой цели (до 250 кбт) при целеуказании и корректировке огня с самолета; ЦН по невидимой надводной морской или береговой цели (от 200 до 400 кбт) при целеуказании и корректировке огня с самолета; ЦН в ночное время или в условиях плохой видимости по одной цели (до 40 кбт); раздельная стрельба ЦН, носовой группой башен и кормовой по двум видимым или временно скрывающимся морским целям, идущим со скоростью до 42 уз (250 кбт); совместная по подвижной видимой, невидимой морской или береговой цели (400 кбт) при максимальном расстоянии между стреляющими кораблями до 25 кбт; стрельба отдельными башнями на самоуправлении по видимым морским целям на дистанциях до 150 кбт, а также по торпедным катерам завесами при управлении огнем исем калибром централизованно или башней в отдельности.
Приборы ПУС главного калибра включали в себя центральный автомат стрельбы ЦАС-0, преобразователь координат ПК-3, ряд специальных вычислительных приборов, оптические визиры различного назначения и дальномеры, а также целый ряд дающих и принимающих приборов целеуказания, сигналов команд и докладов, обратного контро-лч положения оружия, постов приборов и механизмов. Целеуказание ГК должно было выдаваться из БР командиром БЧ-2, для чего предусматривались визиры командирские ВМК и целеуказания ВЦУ-1, связанные между собой механической синхронной связью. Это позволяло бы командиру БЧ-2 автоматически выдавать со своего визира цели для сопровождения на ВЦУ-1, а уж с него — управляющему огнем ГК. При обнаружении противника в ночное время или в условиях плохой видимости предлагалось использовать две пары ночных визиров, расположенных побо-ртно на носовой надстройке; в качестве оптической системы на этих визирах хотели применить обычные семикратные морские бинокли с большими чем визиры светосилой и полем зрения. Ночные и механически связанные с ними визиры боевой рубки давали возможность немедленно направлять на обнаруженную цель один из ВЦУ-1 и начинать выдавать ЦУ. Существовала у ночных визиров и еще одна функция — выдавать целеуказания на мапипулятор-ныс колонки боевых прожекторов; с каждого борта предусматривалось по две таких колонки и по столько же 1,2-м боевых прожекторов ПЭ-312,0-1, сила света которых согласно проекта составляла 490 млн. свечей (высота 2,5 м, вес 1000 кг).
Управляющим огнем ГК отводились места в командно-дальномерных постах (КДП), совершенно одинаковых по конструкции и приборному оснащению, но КПД2-8-1 на носовой боевой рубке (БР) должен был иметь толщину брони стенок 45, крыши — 37, пола — 200 мм; КПД2-8-П на фор-марсе и кормовой БР — соответственно 20, 25 и 25 мм. Основное место в каждом КДП отводилось стабилизированному визиру центральной наводки ВМЦ-4 с независимым от своего поста горизонтальным наведением и довольно сложной конструкцией; КДП оснащался двумя 8-м стереодальномерами ДМ-8-1, основной недостаток которых заключался в отсутствии скартометров — приборов, позволявших измерять отклонения всплесков своих снарядов относительно цели; в нашем флоте такие приборы устанавливались лишь на 3-м дальномерах итальянской фирмы "Галилео", которыми оснащались лидеры "Ташкент", "Ленинград", "Москва" и "Харьков". Данные из КДП в виде своих курсовых углов и цели, а также дистанции до нее, поступали в два одинаковых по приборному оснащению центральных артиллерийских поста (ЦАП).
Основной элемент ПУСа главного калибра, который предполагалось разместить в ЦАПе, — это центральный автомат стрельбы ЦАС-0, хотя вначале планировалось установить ЦАС-1 (см. Судостроение. 1989. № 11. С. 66) для стрельбы на дистанцию до 250 кбт специальные автоматы с графиком пути цели для стрельбы на дистанцию от 200 до 400 кбт при корректировке огня с самолета и прибор для стрельбы в условиях плохой видимости. Однако в ходе разработки и стыковки этих приборов пришли к выводу о целесообразности создания совершенно нового оригинального автомата, в большей степени объединившего функции прототипов. ЦАС-0 имел механизм, способный вычислять составляющие вектора скорости цели по наблюдаемым данным до цели и независимый "самоход", который мог запускаться на основании получаемых от наблюдений за целью данных или скомандованных. Таким образом, фактически в ЦАСе-0 существовали две независимые схемы, одна из которых должна была работать по мгновенным текущим наблюдаемым параметрам цели, а вторая — автоматически, на основании исходных данных о цели в соответствии с гипотезой о ее прямолинейном движении с постоянной скоростью. В случае резкого изменения какого-либо параметра цели предусматривалось введение уточнений в исходные данные работы "самохода"; при потере же визуального контакта всегда представлялась возможность перехода на стрельбу по данным "самохода". Если корабль противника начал бы уклоняться от нашего огня путем маневрирования зигзагом, то в ЦАС-0 предусматривался графический метод стрельбы, заключавшийся в построении двумя планшетами ("графиками") кривой разности между составляющими вектора скорости цели по генеральному курсу и составляющими фактического вектора скорости цели по наблюдаемым данным; разность между координатами упрежденной точки цели по генеральному курсу и фактически наблюдаемым данным вводилась в качестве корректуры.
ПУС "Советского Союза" рассчитывался на обеспечение стрельбы орудий главного калибра на дистанции более 200 кбт (т. е. за пределы прямой визуальной видимости), что становилось возможным лишь в случае использования корабельного самолета-корректировщика "Кор-2". Специально разработанные для этого приборы максимально автоматизировали процесс корректировки огня; так, самолет планировалось оснастить прибором системы Крылова, конструктивно состоявшим из двух авиационных оптических прицелов для бомбометания системы Герца (намечалась лишь некоторая переделка механизмов). Прибор предназначался для определения местоположения своего кораблями корабля-цели относительно самолета в полярных координатах — наклонная дальность и пеленг. Сложность такого способа заключалась в том, что на корректировщике имелся только один наблюдатель, который не мог одновременно визировать два корабля. Из этого положения вышли легко — один прицел установили строго в диаметральной плоскости перед кабиной пилота. Второй член экипажа мог непрерывно визировать свой корабль другим прицелом, снимать отсчеты и передавать их в виде цифровых сигналов по радио на свой корабль прямо в ЦАП, где они вручную вводились в прибор корректировки стрельбы (КС).
Одна часть этого прибора предназначалась для вычисления по данным самолета-корректировщика места цели относительно своего корабля и отклонений всплесков снарядов относительно противника, которые затем поступали в ЦАС-0; вторая часть прибора КС, предназначалась для совместной стрельбы нескольких кораблей по одной цели. В том случае, если на одном из кораблей дашше стрельбы резко отличались бы от флагманского или по каким-либо причинам на одном из кораблей не наблюдалась цель, то элементы стрельбы на флагманском корабле с ЦАС-0 поступали на прибор КС: а оттуда с помощью специальной радиоаппаратуры ИВА транслировались на соседний корабль и через аналогичную аппаратуру поступали на прибор КС; сюда бы поступали пеленг на флагманский корабль и дистанция до него из боевой рубки с визира ВЦУ-1. Будет уместно сказать, что приборы КС и ИВА являлись прообразом современных линий взаимного обмена информацией.
ЦАС-0 предназначался для выработки углов прицеливания и горизонтального наведения орудий, но чтобы эти величины превратились в полные углы наведения, их предварительно следовало подать в расположенный в ЦАПе преобразователь координат "ПК-3", состоявший из двух частей или, как тогда говорили, "корзин". На основании углов качки, поступавших от гировертикали, одна из "корзин" вырабатывала поправки на наклон осей цапф и углы крена для автоматической стабилизации визиров ВМЦ-4 в КДП, другая преобразовывала углы центральной наводки, выработанные ЦАС-0 относительно горизонта, в углы относительно палубы корабля. Этим достигалась стабилизация в пространстве траектории полета снарядов при нестаби^ лизированной башне.
Личный состав, который должен был обслуживать орудия ГК (кроме командира БЧ-2) по штату составлял 369 чел., восемь из которых офицеры — командир дивизиона главного калибра — управляющий огнем ГК, два его помощника, три командира башен, инженер ПУС — начальник носового, техник ПУС — начальник кормового ЦАПа.
Еще в середине 30-х годов в стенах Военно-морской академии шли горячие дебаты о вспомогательных калибрах больших артиллерийских кораблей. Суть споров сводилась к следующему; нужны ли на линкорах и крейсерах противоминный и зенитный калибры дальнего боя или целесообразней иметь единый универсальный? Несмотря на кажущуюся прогрессивность единого калибра (кстати, это реализовали в США и Англии), советские специалисты пошли по германскому пути, т. е. разделили вспомогательный калибр на противоминный, зенитный дальнего и ближнего боя (последний, существовавший во всех флотах мира предназначался для борьбы со штурмовой авиацией). Организационно противоминный калибр (ПМК) предусматривалось разделить на батареи левого и правого борта, чтобы в каждую входили три двухорудийные башни МК-4, оснащенные 152-мм пушками Б-38, которые в свою очередь делились бы на две группы (средняя башня входила как в одну, так и другую группы) каждая из которых могла бы обслуживаться своими КДП2-4т-1 и ЦАПом.
Каждую 152-мм двухорудийную башню решили разделить продольной переборкой на два самостоятельных орудийных отсека и оснастить столькими же нестабилизированными колонками (прицелы МБ-3) и башенным автоматом стрельбы (прибор 1-В). Под башнями, несколько смещенный относительно осей вращения, предполагалось расположить зарядный, а над ним — снарядный погреба, каждый из которых рассчитывался на 300 выстрелов для каждой башни и оборудовался системой взрыво-пожаробезопасности (аналогичной погребам ГК); в боекомплекте 152-мм орудий предусматривались полубронебойные и осколочно-фугасные снаряды с боевыми и пониженно-боевыми зарядами. Приборы управления стрельбы ПМК рассчитывались на решение следующих задач: стрельба каждой батареи по видимой и временно скрывающейся морской цели, идущей со скоростью до 60 уз на дистанциях до 150 кбт; отдельными башнями на самоуправлении, по торледным катерам завесами, стрельба в ночное время или в условиях малой видимости на дистанциях до 45 кбт.
Организация выдачи целеуказания и стрельбы по морским целям 152-мм орудиям практически не отличалась от главного калибра, однако отсутствие в башнях МК-4 дальномеров делало невозможным действие батареи с использованием центрального автомата при выходе из строя КДП; сами КДП2-4т-1 по конструкции и приборному оснащению напоминали командно-дальномер-ные посты главного калибра, но вместо 8-м дальномеров планировалось установить два стереодальномера ДМ-4 с базой 4 м. За основу ПУСа противоминного калибра принимался центральный автомат ЦАС-2 (см. Судостроение. 1989. № 11. С. 67).

Таблица 1. Характеристики артиллерийских установок линейного корабля "Советский Союз"
 
Характеристики            Наименование установки
                                               МК-1    МК-4    МК-14       46-К
Орудие                                       Б-37    Б-38    Б-54        -
Калибр, мм                                       406,4    152,4    100         37
Длина ствола, калибры                    50    57    56    67,5
Вес орудия, т                         197,67  17,5  12,076    3 всей АУ
Число орудий в башне                         3    2    2    4
Углы возвышения, град.    -2 ... +45    -5 ... +45   до +85    -10 ... +85
Максимальная скорострельность, выстр./мин.2,5    7,5    16    145
Тип ствола    лейнер    лейнер    свободная труба    моноблок
Живучесть ствола, выстр.    300    450    800           2000
Тип затвора     поршневой    поршневой    клиновой    клиновой
Угол заряжания, град.             +6     +8    до +85    до +85
Тип прицела                              МБ-2    МБ-3   МБ-4     МКБ
                                Бронирование, мм
качающегося щита                               180    40    30    —
лобовых плит                                        495    100    65    25
задних плит                                                 410    65    65    25
боковых плит                                            230    65    65    25
крыши                                                 230    100    100    25
барбета                                                 425    100    -    -
Вес вращающейся части башни, т          2067    140    65    16
Общий вес установки, т                         2364    146    69,7    16,5
Расчет, чел.                                                 100    32    17    13

Таблица 2. Характеристики снарядов главного и противоминного калибров

Калибр    Наименование снаряда *   Вес, кг    Фугаспость, %
406/50    Бронебойный               1108    2,3
406/50    Полубронебойный             1108    8
152/57   Полубронебойный              55      7,3
152/57    Осколочно-фугасный        55     11,3
* Все снаряды образца 1915/1928 гг.

Таблица 3. Характеристики зарядов главного и противоминного калибров

Калибр, мм, вес снаряда, кг    Наименование заряда    Вес заряда, кг    Начальная скорость, м/с    Наибольшая достигаемость, м/кбт
406/50, —    Усиленно-боевой    ...    1022    ...
             
406/50, 1108    Боевой    310    830    45670 / 249,7
406/50, 1108    Пониженно-боевой    ...    720    ...
406/50, 1108    Уменьшенный    ...   580    ...
406/57, —    Согревательный    100    —    —
152/57, 55    Боевой    24    950    30215 / 161,2
152/57, 55    Пониженно-боевой    16,5    800    23722 / 129.7
152/57, -    Согревательный    7    —    —
152/57, -    Согревательный, беспламенный    5    —    —

ПМК мог бы вести огонь и по воздушным целям совместно с зенитным калибром (ЗК); в таком случае из центрального артиллерийского поста в ЦАС-2 через соответствующие переключатели, поступали бы данные о курсе, скорости, высоте и курсовом угле самолетов противника. Получив по линиям синхронной связи в КДП все необходи- мыс сисдения, управляющий огнем рассчитал бы по таблицам, величины установки дистанционной трубки и углов прицеливания, которые должны устанавливаться по команде в ЦАС-2, а угол самой трубки — в прибор 90-А; оттуда эти величины через преобразователь координат могли выдаваться в башни, где соответственным образом отрабатываться. В момент достижения самолетом расчетной упреждающей точки ("сигнальная дальность") должен был быть произведен залп с таким расчетом, чтобы воздушная цель "врезалась" п область поражения осколками разорвавшихся снарядов. Расчет противоминного калибра должен был составить 406 чел., включая 13 офицеров.
Зенитный калибр линкоров типа "Советский Союз" — это шесть башен со спаренными 100-мм пушками Б-54, объединенных попарно в три батареи — левого, правого борта и кормовую; в каждую из них входило и по стабилизированному посту наведения СПН-300 и центральному. Кроме того, предусматривалось восемь 37-мм счетверенных автоматов 46-К в специальных бронированных гнездах. В боекомплект 100-мм артустановок (300 выстрелов на ствол) должны были войти фугасные, ныряющие, осветительные унитарные выстрелы, дистанционные гранаты, а 37-мм автоматов осколочно-трассирующие и бронебойно-трассирующие патроны из расчета по 800 на ствол. В перегруз погребов, в которых предусматривались системы взрыво-пожаробезопасности могли принять 57 600 37-мм снарядов в ящиках.
ПУСы зенитного калибра — это комплект морских приборов управления артиллерийским зенитным огнем (МПУАЗО) для 100-мм батарей и приборы ЦУ, команд и докладов, обратного контроля для 37-мм автоматов. Они были призваны решать следующие задачи: стрельба г центральной наводкой в условиях хорошей и средней видимости по воздушным целям (дистанции не более 18000, высота и скорость соответственно до 10000 м и 50 м/с); с центральной наводкой в условиях хорошей и средней видимости по морским целям (до 16000 м и 50 м/с); с центральной наводкой по морским целям в ночное время или в условиях плохой видимости на дистанциях не более 40 кбт. ПУСы для 37-мм зтоматов предназначались для решения следующих задач: передачи вертикального и горизонтального ЦУ в условиях хорошей и средней видимости, а также горизонтального целеуказания и сигнала на открытие огня в условиях плохой видимости или ночью.
 
Таблица 4. Характеристики боеприпасов зенитного калибра

Характеристики         Калибр 100/56    Калибр 37/67
                                               Снаряд
   Фугасный образца 1928 г.    Дистанци-онная граната* (1928 г.)    Ныряющий    Осветительный беспара-шютный1    Осколочио-трассирую-щий    Броиебойно-трассирую-ший
Вес, кг    15,8    15,6    15    16    0,732    0,758
Фугасность, %    7.8    7,9    18,7    —    5,2    —
Вес унитарного патрона, кг    30    29,8    24,7    28.6    1,484    1,522
Заряд    Боевой    Уменьшенный    Боевой    Специальный    Специальный    Боевой
Вес, кг    5,3    2,5    5.3    0,53    3,7    0,210
Начальная скорость, м/с    895    617    900    250    647    880
Наибольшая досягаемость
м    22241    14742    9895    3000    10475    5000
кбт    121,6    80,6    54,1    16,4    57    27
* Наибольшая досягаемость дистанционной гранаты и осветительного снаряда приведены по максимальной установке взрывателя (ди-танционной трубки)

В боевой обстановке управлять ЗК должен был командир зенитного дивизиона, для размещения которого предусматривался специальный бронированный пост в передней части одной из верхних площадок башенноподобной фок-мачты; здесь должны были уставить два визира ВКЗД, а также светоплан для указания сектора цели и подключения ВКЗД к обнаружившему визиру ВЦУ-3.

Таблица 5. Характеристики дальномеров линкора

                                               Тип дальномера
Характеристики    ДМ-12    ДМ-8-1    ДМ-4    ДМ-1,5у
База дальномера, мм    12000    8000    4000    1500
Увеличение, крат    14 и 28    14 и 28    14 и 28    18
Пределы измеряемой дистанции, кбт    36—300    24-250    12-250    4-120
Вес дальномера, кг    1600    1200    475    130

Кроме управления орудиями ЗК на командира зенитного дивизиона возлагалась еще одна важная задача: на основании анализа параметров движения воздушной цели, получаемой от ВЦУ-3 и зенитного автомата стрельбы, он должен был определять моменты входа вражеского самолета в "воронку" бомбометания и начала маневрирования корабля. Личный состав зенитного калибра предусматривался в количестве 273 чел., включая 13 офицеров.
В заключение необходимо заметить, что все образцы оружия и приборов артиллерийской боевой части линейных кораблей типа "Советский Союз" к началу Великой Отечественной войны существовали, за редким исключением, в опытных образцах или уже поступили в серийное производство.


Название, зав. №   Место постройки   Дата закладки   Дата 
спуска   Вступил  в строй   Дальнейшая судьба

"Советский Союз" №С-299   №189 Балтийский им. Орджоникидзе, Ленинград   15.07.1938   -    -    Строительство остановлено после начала ВОВ. Разобран в соответствии с постановлением от 29.05.1948г. Разобран в 1949г.

"Советская Украина" №С-352   №198 им.Марти, Николаев   31.10.1938   -    -    Строительство остановлено после начала ВОВ. Разобран в соответствии с постановлением от 24.03.1947

"Советская Белоруссия" №С-101   №402, Молотовск   21.12.1939   -   -   Строительство остановлено. Разобран в соответствии с постановлением от 19.10.1940

"Советская Россия" №С-102   №402, Молотовск   22.07.1940   -   -   Строительство остановлено после начала ВОВ. Разобран в соответствии с постановлением от 24.03.1947

Тактико-технические характеристики
1. Размеры:
Водоизмещение, т   Стандартное - 59250
Полное - 65150
Длина, м   наибольшая - 269,4
по КВЛ —260
Ширина, м   наибольшая - 38,9
Осадка, м   при полном водоизмещении 10,4
2. Энергетическая установка:
Тип   трехвальная паротурбинная установка
Мощность, л.с.   201 000 л.с.
при форсировке - 231 000 л.с.
Кол-во валов   3
3. Скорость, дальность плавания, автономность:
Скорость, узл.   28 уз
при форсировке - 29 уз
Дальность плавания, миль.   5580 (14—14,5-узл.)
4. Вооружение:
4.1. Артиллерийское:
406 мм   9 (3 х 3)
152 мм   12 (6 х 2)
100 мм   8 (4 х 2)
37 мм   32 (8 х 4)
4.2. Авиационное:
Катапульты   2
  Самолёты   4 (разведчики-корректировщики КОР-4)
5. Бронирование, мм:
Пояс:   420-375
Траверзы:   365-230
Башни главного калибра:   495-230
Рубки:   до 425
Палубы:   25+155+50
Башни среднего калибра:   до 100
6. Прочие сведения:
Экипаж, чел.   1292 человека, из них:
     - 66 лиц начсостава
   - 175 младших командиров
   - 1051 краснофлотец.

Источник
Капитан 1 ранга В. Краснов
Журнал"Морской сборник №5'1990

А. М. Васильев, канд. техн. наук (ГНЦ ЦНИИ им. академика
А. Н. Крылова) // "Судостроение", №5'2000г

В. Ю. Грибовский
Журнал"Судостроение" №7'1990

А. В. Платонов
Журнал"Судостроение" №7'1990
Записан

ura-k

  • Редактор
  • Участник
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 137
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #3 : Ноября 15, 2009, 08:43:44 pm »

Фото
Записан

Актинометр

  • Редактор
  • Ветеран
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 2368
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #4 : Ноября 23, 2009, 11:50:46 am »

Привет уважаемый Ura-k! Наконец-то дочитал материал о "Советском Союзе". Задал ты брат задачу "на изучение". Извиняюсь, что на "ты". Шрифт-то маленький, а объем материала немалый. Пришлось копировать текст, выносить в Word и увеличивать шрифт, чтобы нормально все воспринять зрительно. Ну да ладно. У меня вопрос - а твое-то личное отношение к содержанию этого материала и этой проблемы какое? Меня это все заинтересовало потому, что тема советской судостроительной программы конца 30-х годов сама по себе интересна.
Теперь по самому материалу. Различные отрывочные данные и статьи и, в том числе, мемуарные воспоминания наших советских флотоводцев о планах строительства крупных кораблей в советском МВФ читать приходилось и неоднократно. Правда там всё в основном было в бравурных красках. Так что характер статей, приведенных в твоих ответах - несколько иной. И это хорошо, так как позволяет немного поанализировать. Но сразу предупреждаю, что флотским специалистом не являюсь и всё что скажу является моим число субъективным мнением.
На мой взгляд в статье В.Краснова  очень трогательно обозначено, что "разрабатывая «проект 23», конструкторы опирались на практику строительства линкоров типа «Севастополь» и линейных крейсеров типа «Измаил». Изучен был и неосуществленный проект линкора (1916 г.), разработанный в Николаеве". Да уж - ничего не скажешь - опора на дореволюционный опыт очень "мощное" подспорье в строительстве корабля конца 30-х годов.
А то, что "Первоначально срок завершения проектных работ намечался на 15 октября 1937 г. Однако окончательно «проект 23» утвержден постановлением Комитета обороны при СНК СССР только 13 июля 1939 г., когда головной корабль был уже заложен (15.7.1938 г.)"  - это тоже очень похоже на наши традиции. Так было в СССР и ракетном деле - сперва ставили ракету на дежурство, а потом принимали её на вооружение. К этой же проблеме можно приплюсовать и другую. В статье Краснова сказано: "Головной и серийные корабли «проекта 23» находились в постройке в разной степени готовности, а конструкторы и специалисты Военно-Морского Флота уже в конце 1939 г. начали проработку улучшенного линкора проекта «23-НУ». Тоже неплохо и тоже вполне по советски- не доведя до ума одно - приступить к другому и так до бесконечности. 
Приводится такой факт: "По результатам проведенной в 1938 г. в Военно-морской академии военной игры с учебной стрельбой на тренировочном стенде считали, что советские корабли «проекта 23» будут иметь преимущества перед зарубежными линкорами. Тогда же был сделан и вывод о «выгодности 85—105-мм калибра для зенитной артиллерии», впоследствии потребовавший существенного уточнения. Опыт войны показал, что общая эффективность огня 37-мм орудий по ближним целям часто превосходила эффективность огня оружием универсального калибра (85—105 мм)". В этом тоже проявляется типичная славянская бравада - делать выводы о качественном превосходстве оружия - по результатам какой-то игры. 
И ещё: в приведенном материале о 23-м проекте увидел такое выражение:  "Сегодня ряд историков и специалистов флота высказывают сомнения, оправдана ли была постройка в предвоенный период столь дорогостоящих кораблей. Понять их можно. Ведь общая стоимость четырех линкоров достигала почти трети годового бюджета страны в 1940 г. Вряд ли было целесообразным в преддверии войны планировать строительство полутора десятков кораблей-гигантов, если в то время, например, ощущалась острая нехватка тральщиков и десантных кораблей, что подтвердилось в первые же месяцы Великой Отечественной войны". Звучит красиво, но не пойму, что значит "понять их можно". Получается, что выражаясь таким образом, автор статьи ставит себя как бы в некое "небожительское" положение по отношению к этим самым "историкам и специалистам флота". А сам он интересно как определяет свое отношение к этим затратам бюджета страны? На этом пока закончу, чтобы не утяжелять сообщение.   
Записан

Актинометр

  • Редактор
  • Ветеран
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 2368
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #5 : Ноября 23, 2009, 12:13:06 pm »

Продолжу.
Теперь о проблемах реализации 23 проекта.
Далее автор статьи резюмирует: "В 1936—1937 гг. всё приходилось начинать практически заново: прежний опыт создания крупных кораблей во многом устарел и частично утратился". А как же тогда быть с имеющимся дореволюционным опытом строительства кораблей о котором говорилось в начале статьи? 
Далее:"Промышленность страны в то время располагала тогда семью крупными стапелями, на которых ранее строились линкоры (четыре в Ленинграде и три в Николаеве). Все они нуждались в реконструкции. Для приема новых линкоров не годился ни один из имевшихся сухих доков, а подходные фарватеры судостроительных заводов необходимо было очистить и углубить. Кроме того, ощущалась острая нехватка квалифицированных работников всех специальностей". Далее: "Трудности при строительстве этих кораблей были обусловлены недостаточностью производственного потенциала страны в целом. До войны ученым и проектантам корабля удалось завершить основной объем намеченных научно-исследовательских работ, разработать практически всю проектную документацию и выпустить 69% рабочих чертежей для головного корабля. До I квартала 1939 г. постройка двух первых линкоров, заложенных еще до завершения окончательного технического проекта, сдерживалась выпуском рабочих чертежей. В 1939-1940 гг. строительство линкоров отставало от плановых сроков прежде всего из-за задержек с поставками металла, а также вследствие его частичной недоброкачественности (несоответствия техническим условиям)". Читаешь всё это и думаешь - мать твою, одни проблемы кругом, а пытались создавать такие мастодонты. И ведь создали бы.
Ну а уж "иностранный след" - это как водится. " Переговоры с фирмой Круппа оказались неудачными. Немцы соглашались поставлять толстую цементированную броню не удовлетворяющую нашим техническим условиям, причем более низкого качества, чем для своих кораблей. Что касается гомогенной брони (соглашением намечалась поставка 31 тыс. т бронелистов), то какое-то ее количество до начала войны получить удалось, что, однако, не решало проблемы". И далее
"Проблемным оказалось и изготовление гребных валов для крупных кораблей, так как в СССР не было необходимого станочного оборудования. Его закупили в Германии в 1939-1940 гг. Валы пришлось заказывать за рубежом. Так, в 1940 г. в Голландии был размещен заказ на 75 фрагментов валопроводов для кораблей пр. 23 и 69, а в Германии - на 8 линий валов для линкоров пр. 23. К началу войны они полностью поставлены не были.
А вот о нехватке рабочей силы -это немного неожиданно. "Одним важным фактором, который задерживал постройку крупных кораблей, была нехватка рабочей силы. В 1938 г. трудоемкость постройки линкора пр. 23 оценивалась в 31,5 млн чел. (из них 45% - корпусные работы); считалось, что при 4-летнем сроке строительства на нем должно быть занято 6500 чел., из них 4500 чел. непосредственно на корабле.  К 22 июня 1941 г. на судостроительных предприятиях Ленинграда и Николаева работало соответственно около 24,7 и 28,6 тыс. чел. или около 50% от численности, планировавшейся для них к концу 1940 г".
Далее продолжу.
Записан

Актинометр

  • Редактор
  • Ветеран
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 2368
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #6 : Ноября 23, 2009, 12:38:08 pm »

Еще об иностранном влиянии: "В середине 30-х годов в стенах Военно-морской академии шли горячие дебаты о вспомогательных калибрах больших артиллерийских кораблей. Суть споров сводилась к следующему; нужны ли на линкорах и крейсерах противоминный и зенитный калибры дальнего боя или целесообразней иметь единый универсальный? Несмотря на кажущуюся прогрессивность единого калибра (кстати, это реализовали в США и Англии), советские специалисты пошли по германскому пути, т. е. разделили вспомогательный калибр на противоминный, зенитный дальнего и ближнего боя (последний, существовавший во всех флотах мира предназначался для борьбы со штурмовой авиацией)".
Теперь о другом. Мне "понравилась" следующая ремарка в статье о 23 проекте: "Однако в начальной стадии, проектирование испытало сильное влияние иностранного опыта и договорных ограничений водоизмещения, предусматривавшихся Вашингтонским (1922 г.) и Лондонскими (1930 и 1936 гг.)  соглашениями в которых СССР официально не участвовал. Пришлось пойти на дипломатическую хитрость; из наркомата ВМФ через наркомат иностраниных дел (под контролем НКВД) в Англию сообщили о начале постройки в 1938 г. двух линкоров стандартным водоизмещением по 45 000 т; эти данные и появились в иностранных справочниках 1939—1940 гг." Очень трогательно звучит правда? И главное, что такая скромность очень присуща СССР, запросто вступившему на территорию в Финляндии. 
Теперь по вопросу о прекращении достройки 23 проекта после войны.
"В 1936- 1939 гг. проект уже в значительной мере устарел: зенитное вооружение недостаточно, РЛС отсутствуют, палубное бронирование слабое, донная защита мала, размагничивающего устройства нет, отсутствует амортизация механизмов и приборов. Кроме того отмечалось, что скорость полного хода недостаточна, а отсутствие преимущества в скорости перед последними иностранными линкорами не даст нашему кораблю возможности удерживать противника на выгодных для боя дистанциях и курсовых углах. Сравнение в то время велось с гораздо более мощными линкорами ВМС США типа "Montana" (ГК в составе 4 х 3 - 406-мм орудий вместо 3x3 - 406-мм у нашего)".  И далее - "Делался вывод, что ЛК пр. 23 почти не имеет шансов на удачный исход боя" . А как же тогда результаты игр, о которых говорилось ранее.
"Тот факт, что линкоры типа "Montana" не закладывались, а их постройка была отменена еще в 1943 г., то ли был у нас неизвестен, то ли, что более вероятно, просто игнорировался". То что всё нами игнорировалось - это для меня вне сомнения.
"Против достройки комиссией выдвигался и такой курьезный довод: "ТТЭ ЛК расшифрованы в связи с оккупацией завода... на стапеле которого находился корабль". А это вообще без комментариев.
Кроме того в стаье отмечено, что: "Все образцы оружия и приборов артиллерийской боевой части линейных кораблей типа "Советский Союз" к началу Великой Отечественной войны существовали, за редким исключением, в опытных образцах".
Я всё это говорю не к тому, чтобы показать, что мы ни на что не были способны, хотя так оно и есть. То, что крупные корабли у державы должны быть - это уже аксиома, подтвержденная временем. Но вопрос в том, нужна ли наша вечная спешка в решении таких вопросов? Япония, по определению историков - зря создавала линкоры типа "Ямато" настоящие мастодонты даже в сравнении с 23 проектом. Их всё равно утопила американская авиация. Но дело не в размерах, а в том, как Япония создавала эти корабли. Навряд ли у них срок завершения проектных работ не совпадал по времени с утверждением самого проекта, я уже не говорю о другом. А ведь тоже азиаты как и мы. Чтобы далеко не ходить повторю основные ТТХ "Советского Союза " и "Ямато". А об остальном суди сам.   
Тактико-технические характеристики
1. Размеры:
Водоизмещение, т   Стандартное - 59250
Полное - 65150
Длина, м   наибольшая - 269,4
по КВЛ —260
Ширина, м   наибольшая - 38,9
Осадка, м   при полном водоизмещении 10,4
2. Энергетическая установка:
Тип   трехвальная паротурбинная установка
Мощность, л.с.   201 000 л.с.
при форсировке - 231 000 л.с.
Кол-во валов   3
3. Скорость, дальность плавания, автономность:
Скорость, узл.   28 уз
при форсировке - 29 уз
Дальность плавания, миль.   5580 (14—14,5-узл.)
4. Вооружение:
4.1. Артиллерийское:
406 мм   9 (3 х 3)
152 мм   12 (6 х 2)
100 мм   8 (4 х 2)
37 мм   32 (8 х 4)
4.2. Авиационное:
Катапульты   2
  Самолёты   4 (разведчики-корректировщики КОР-4)
5. Бронирование, мм:
Пояс:   420-375
Траверзы:   365-230
Башни главного калибра:   495-230
Рубки:   до 425
Палубы:   25+155+50
Башни среднего калибра:   до 100
6. Прочие сведения:
Экипаж, чел.   1292 человека, из них:
     - 66 лиц начсостава
   - 175 младших командиров
   - 1051 краснофлотец.

Записан

Актинометр

  • Редактор
  • Ветеран
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 2368
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #7 : Ноября 23, 2009, 12:41:24 pm »

Кстати когда нам передали по ленд-лизу из США линкор "Роял Соверен"", переименованный впоследствии в "Архангельск", я сравнил его вид с эскизом "Советского Союза". Почти что близнецы-братья.
Записан

Гарик

  • Редактор
  • Ветеран
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 1540
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #8 : Ноября 23, 2009, 04:08:32 pm »

ТАк я не понял, Советский Союз, СУ и СР сдали в итоге или нет?
Записан

Джек

  • Редактор
  • Опытный
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 399
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #9 : Ноября 23, 2009, 04:35:39 pm »

ТАк я не понял, Советский Союз, СУ и СР сдали в итоге или нет?
Конечно нет, ведь кроме корпусов так ничего и не было построено.
Максимум, что смогли после войны, это достроить легкие крейсера проектов 26 бис и 68, да начать серию 68 бис. Даже Петропавловск, бывший Таллин, бывший Лютцов, практически готовым купленный перед войной и имея захваченного систершип Зедлиц не стали достраивать, а порезали. Заложили, правда три тяжелых крейсера проекта 82 типа Сталинград, но после смерти вождя и учителя сразу всех порезали, а два линкора, которые тоже планировались к закладке, так и не вышли из чертежей..
« Последнее редактирование: Ноября 23, 2009, 04:59:59 pm от Джек »
Записан

Джек

  • Редактор
  • Опытный
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 399
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #10 : Ноября 23, 2009, 05:45:02 pm »

Кстати когда нам передали по ленд-лизу из США линкор "Роял Соверен"", переименованный впоследствии в "Архангельск", я сравнил его вид с эскизом "Советского Союза". Почти что близнецы-братья.
Уважаемый Актинометр, позволю слегка поправить Вас: линкор "Ройял Соверен" не американский, а английский, постройки времен первой мировой был временно передан нам не по ленд-лизу, а в качестве временной замены итальянского такого же старичка "Джулио Чезаре", который должен был быть передан в качестве репарации вышедшей из войны Италией. Сразу же после получения "Джулио Чезаре" в 1949 году, "Архангельск" ("Ройял Соверен")  вернули хозяевам, которые тут же порезали его на металл. А "Новороссийск" ("Джулио Чезаре") вошел в историю как самая трагичная катастрофа в наших ВМС, затонув 29 октября 1955 в гавани Севастополя унеся с собой на дно 604 человека.
А насчет похожести: К сожалению наши генералы и адмиралы всегда готовились к войне не будущей, а прошедшей. Это проявилось и перед первой мировой, когда построили несколько броненосных крейсеров типа "Баян", хорошо подходивших к русско-японской(хотя там он себя никак не проявил и бесславно затонул на внутреннем рейде Порт-Артура). Точно также и перед второй мировой наши начали строить практически тот же дредноут(каковым и являлся "Ройял Соверен"), только значительно больших размеров, но не имевший никаких перспектив в условиях современной войны, что хорошо видно на примерах "Бисмарка", "Тирпица", "Ямато".
Записан

Гарик

  • Редактор
  • Ветеран
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 1540
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #11 : Ноября 23, 2009, 07:07:48 pm »

Ну, про Бисмарка и Тирпица - это зря. Они одним своим существованием наводили ужас на англичан. Другое дело, что их странно использовали и странно охраняли. Бисмарк практически в одиночку, без прикрытия бороздил просторы атлатики, за что и поплатился, отправив, правда, на тот свет старичка "Худа" и кое-кого помельче, а Тирпиц, так тот вообще только и делал, что пугал своими дымами проходившие конвои и был бесславно потоплен на рейде.

ИМХО, если бы им дали соотвествующую поддержку, а именно - авианосную группу прикрытия + пару крейсеров + подлодки + эсминцы, то в такой составе Бисмарк становился почти неузвимым, а его огневая мощь могла "гасить" практически любой надводный корабль с безопасной дистанции.
« Последнее редактирование: Ноября 24, 2009, 05:34:11 am от Гарик »
Записан

marlin

  • Редактор
  • Ветеран
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 727
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #12 : Ноября 24, 2009, 02:18:30 am »

Про "Лютцов". Покупка этого недостроенного корабля себя полностью оправдала. Используемый как стационарная батарея, за время блокады Ленинграда, он стрелял зачастую на предельную дальность главного калибра, полностью израсходовал основной  боекомплект снарядов и зарядов, более 2400 шт, и в критические моменты обороны не позволил немцам овладеть городом. Зенитчики корабля пользовались дурной славой у " Люфтваффе " За время боевой службы все стволы корабля были полностью расстреляны.
Постройка корабля Пр-23, это просто опыт в строительстве, подготовка кадров, мобилизация промышленности.
В становлении Советской судостроительной промышленности проблемы начинались с постройки даже маленького торпедного катера типа Г-5. Достаточно вспомнить проектирование и строительство ПЛ типа "Д", "Л", Малюток и "Щ". Только покупка проекта лодок 7-й серии у Германии позволило в какой то мере исправить провальный опыт собственого проектирования и строительства. Первые лодки из Германии приходили в виде комплектов под отверточную сборку. Но это сэкономило огромное количество материальных средств, времени и позволило очень молодым советским инженерам и рабочим только-что от сохи, приобрести необходимый опыт, а промышленности освоить производство валов, винтов, судовых дизелей, приборов, перископов.
По надводным кораблям ситуация в судостроении была аналогичной. К примеру на лидере "Ташкент" корпус по сути итальянский, турбозубчатые агрегаты, валы и винты-тоже. Да и остальные механизмы и устройства собирались с миру по нитке. На нашем проекте ЭМ "семерка" были допущены серьезные просчеты по набору корпуса, мореходности. Эти эсминцы сильно корежило и просто ломало на волне. Но  рядовые моряки советского ВМФ совершенно не боялись выходить на них в море. Другое дело, были случаи оставления и гибели тяжело поврежденного на волне корабля по приказу командира в результате паники комсостава. При этом эсминцы с оторванным носом сохраняли плавучесть длительное время.
По моему скромному мнению, строительство таких крупных кораблей, это бесценный опыт, пусть даже неудачный, несмотря на огромные затраты людских и материальных ресурсов. При строительстве линкоров и линейных крейсеров царь перед Первой империалистической разорил сухопутную армию России, 3/4 военного бюджета загонял на строительство флота и полностью оголил мобилизационные возможности сухопутной армии. Но возможности царской промышленности были просто ничтожны, по сравнению с промышленностью Сталина после индустриализации. Достаточно сказать, что на каждую царскую винтовку до войны, полагалось выпускать всего 112 патронов в год и десяток снарядов на орудийный ствол. Корабли по сути бездарно простояли всю войну, а армия за месяц расстреляла все запасы довоенных патронов. Про революцию и революционных матросов Вы надеюсь знаете.
Из личных впечатлений - нормально проектировать и строить в нашей стране толком никогда не умели. Более - менее научились к концу восмидесятых. А так, на любом корабле, труба на трубе, трубой погоняет. В системах черт ногу сломит, никуда не добраться, лезешь как обезьяна с ключом в зубах, как пират, чтобы подтянуть фланец. Кто не лез тянуть фланцы и "американки" безчисленных систем, горели и тонули, прости господи их Души. Ни одного похожего корабля по системам я не видел, все разное, хотя схема может быть с одной кальки.
Правда, к примеру, очень хорошо строил "Завод Залив" на Украине, думаю все зависило от главного строителя и от конкретных мастеров и старых рабочих.
Вообще любой крупный боевой корабль и тем более лодка намного сложнее чем космическая станция и потеряв систему судостроения создать ее заново практически невозможно.
« Последнее редактирование: Ноября 24, 2009, 04:30:01 am от marlin »
Записан

Джек

  • Редактор
  • Опытный
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 399
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #13 : Ноября 24, 2009, 07:06:40 am »

Ну, про Бисмарка и Тирпица - это зря. Они одним своим существованием наводили ужас на англичан. Другое дело, что их странно использовали и странно охраняли. Бисмарк практически в одиночку, без прикрытия бороздил просторы атлатики, за что и поплатился, отправив, правда, на тот свет старичка "Худа" и кое-кого помельче, а Тирпиц, так тот вообще только и делал, что пугал своими дымами проходившие конвои и был бесславно потоплен на рейде.

ИМХО, если бы им дали соотвествующую поддержку, а именно - авианосную группу прикрытия + пару крейсеров + подлодки + эсминцы, то в такой составе Бисмарк становился почти неузвимым, а его огневая мощь могла "гасить" практически любой надводный корабль с безопасной дистанции.
Ну, просто с точностью до наооборот! Бисмарк был потоплен практически в первом же выходе в атлантику при переходе на постоянную базу в Брест. Да, он выиграл артиллерийскую дуэль у Худа, повезло ему, но ничего не смог сделать с устаревшими "Суордфишами" (практически нашими У-2) еле-еле несущими по одной торпеде и отправившими его на дно. Тирпица запрятали во фиордах Норвегии, где он боялся даже развести пары, дабы не быть обнаруженным. Но и там его все равно нашла британская авиация и отправила вслед за собратом, правда теперь уже на мелкое дно фиорда.
И, вообще артиллерийская дуэль во второй мировой была возможна только, когда один из соперников превосходил другого в классе, но это уже было избиение. Прекрасный пример те же рейдеры рейха. Пока они нападали на безоружных торговцев или устаревшие вспомогательные суда все было в шоколаде, стоило натолкнуться на серьезного противника, сдувались моментально. Еще Ютландский бой показал, что артиллерийские корабли полностью исчерпали себя. Вести бой обеим сторонам пришлось с предельных дистанций на грани видимости оптики, поэтому они и теряли противника по нескольку раз, практически бой так и не состоялся.
Ко второй мировой на лидирующие позиции вышла уже другая война на море: к минной и подводной добавилась воздушная, которая подвела жирную черту в споре между снарядом и броней. Особенно ярко это проявилось на тихоокеанском театре, где особую ценность приобрели авианосцы. Японцам даже пришлось срочно перестраивать третий суперлинкор Синано в авианосец. Правда, ему даже не пришлось поплавать: в первом же переходе с завода на базу его потопила американская подводная лодка, еще раз доказав уязвимость огромных кораблей.
Судьба же линкоров была очень незавидна, хоть американских в Пирл-Харборе, хоть японских Ямато и Мусасе.
С появлением радиолокации наводить самолеты на крупные мишени стало очень легко, а с появлением ракетного вооружения, артиллерия превратилась уже из основного вооружения во вспомогательное. Потопить корабль стало очень просто одной единственной ракетой, выпущенной из-за горизонта, как это было в Фолклендской войне между Британией и Аргентиной в 80-х годах.
Поэтому закладка в 51 году трех линейных крейсеров в СССР и планировавшаяся закладка еще двух линкоров вообще ни в какие ворота не вписывалась. Хорошо, что верхние руководители вовремя поняли, что нужно развивать ядерную программу и средства доставки, а не тратить деньги на красивые, но бесполезные в военном отношении дорогостоящие игрушки.
Наши же линкоры-дредноуты обе войны простояли запертыми в финском заливе совершенно без дела (использование в качестве плавбатарей при обороне Ленинграда не в счет, не для того они строились).  Судьба "Советского Союза", будь он построен была бы такой же.
« Последнее редактирование: Ноября 24, 2009, 07:14:46 am от Джек »
Записан

Sarychev

  • Не говорите мне как надо делать и я не скажу куда Вам надо идти!
  • Редактор
  • Ветеран
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 1051
  • Это не я! Это мой дух!
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #14 : Ноября 24, 2009, 10:43:10 am »

2Джек. Хочу Вас дополнить. Переоборудованием в авиа несущие корабли корпусов не достроенных линкоров и тяжёлых крейсеров кроме Японии имели как США, так и Англия.  Первыми эту практику освоили в Англии. Но я отклонился от темы данной ветки прошу простить.
Записан
Ненавижу подлецов.
Подлость удел слабых.
Не люблю пресмыкающихся.
От них трупятиной пахнет.

Актинометр

  • Редактор
  • Ветеран
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 2368
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #15 : Ноября 24, 2009, 12:55:14 pm »

Уважаемый Актинометр, позволю слегка поправить Вас: линкор "Ройял Соверен" не американский, а английский
Да.Тут я малость ошибся. Само название линкора говорит о его английском происхождении. А американцы тогда, в пару с этим линкором, передали нам крейсер "Милоуки", ставший "Мурманском". Кстати, по моему, оба корабля согласно типичной нашей идиотии - так и не привлекались к боевым действиям.  А насчет ленд-лиза я так написал чтобы сократить объем сообщения, а то  правильная фраза звучит уж больно длинно.
А вообще, почитав мнения наших уважаемых коллег и о крупных кораблях в целом и их достоинствах и недостатках в океанском масштабе я бы хотел высказать мысль о том, что в мирное время наверное иметь их державе всё таки нужно. Я не флотский человек, но у меня по некоторым своим побочным впечатлениям сложилось мнение, что крупный военный корабль как никто способен играть представительскую государственную функцию в мировом океане. А ведь это немаловажно. Когда я учился в академии, приходилось общаться с нашими офицерами ВМФ. Они говорили, что в эпоху Брежнева - советский военный корабль можно было встретить в любой точке земного шара, в любом самом отдаленном или экзотическом порту. Это было нормальным явлением. А что сейчас? Может быть помните репортаж о встрече в калиниградском Балтийске нашего БПК, прибывшего из дальнего похода в Атлантику. Помню, что меня покоробило когда командир корабля, докладывая адмиралу о завершении похода, произнес такую фразу:"Благодарю Вас за предоставленную возможность продемонстрировать российский военно-морской флаг вне пределов Российских территориальных вод".   Каково? А по моему - это наоборот адмирал должен был поблагодарить командира корабля за то, что тот продемонстрировал наш флаг в чужих морях и напомнил чужестранцам о том, что есть де страна такая на свете, да еще и имеет свой ВМФ. Я будучи как-то в командировке в Калининграде посетил в/м базу в Балтийске. Впечатление было безрадостным. Крупные корабли стоят по двое чуть ли не касаясь бортами друг друга в узеньких исскуственных гаванях, построенных ещё немцами. Запах солярки стоит на всю округу. Если бить по ним с воздуха, то они даже не смогут сманеврировать. Но это субъективные факторы. А вообще конечно это дикость, что мы по прежнему не имеем достойных надводных сил на ТОФ. Что касается Северного ледовитого океана, так это по моему вообще единственный по всем параметрам сектор, где Россия недосягаема ни для кого. Не даром же ещё адмирал Макаров говорил, что если бы хотя бы часть тех средств, что были вбуханы в подготовку к войне с Японией - пустить на освоение северного морского пути, то там всё было бы по другому.  
Записан

Sarychev

  • Не говорите мне как надо делать и я не скажу куда Вам надо идти!
  • Редактор
  • Ветеран
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 1051
  • Это не я! Это мой дух!
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #16 : Ноября 24, 2009, 11:46:07 pm »

Я опять не много не втемуданной ветки форума. Один из родных братьев моего деда во время ВОВ был в так называемой перегонной команде, перегонял на дальний восток из пиндосии суда которые которые передовались Советскому Союзу по ленд-лизу. Так по его воспоминаниям боевых судов то было передано прилично.
Записан
Ненавижу подлецов.
Подлость удел слабых.
Не люблю пресмыкающихся.
От них трупятиной пахнет.

Джек

  • Редактор
  • Опытный
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 399
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #17 : Ноября 25, 2009, 06:27:04 am »

Я опять не много не втемуданной ветки форума. Один из родных братьев моего деда во время ВОВ был в так называемой перегонной команде, перегонял на дальний восток из пиндосии суда которые которые передовались Советскому Союзу по ленд-лизу. Так по его воспоминаниям боевых судов то было передано прилично.
Да, действительно, несмотря на то, что в советские годы было принято помощь союзников замалчивать и принижать, следы "американского шланга" все равно проглядывались: даже через 20 лет после окончания войны мальчишкой видел работающие паровозы "Е"(назывались ласково Елена), грузовики "Студебеккеры", мотоциклы "Харлей-Дэвидсон", джипы "Виллис", все это не просто стояло, а работало. Про корабли много говорить не буду, просто дам небольшую цитату и несколько ссылок:
Немаловажное значение для наступательных операций сухопутных войск имела поддержка с моря. Роль военно-морских сил еще более возросла с продвижением Красной Армии на запад и расширением оперативной зоны деятельности флота. Однако истерзанные войной Балтийский и Черноморский флоты требовали крупного пополнения. В дальнейшем усилении крайне нуждались Северный, но главное - Тихоокеанский флот и речные флотилии. Поэтому во второй половине войны существенную помощь по ленд-лизу получил и советский Военно-Морской Флот - 596 боевых кораблей и судов, в том числе 28 фрегатов, 89 тральщиков, 78 больших охотников за подводными лодками, 202 торпедных катера, 60 малых охотников (сторожевых катеров), 106 десантных судов. Из них 80% кораблей и судов приняли участие в боевых действиях против флотов Германии и Японии. Кроме того, только в 1944 году в счет репараций с Италии Великобритания передала ВМФ СССР линкор, 9 эсминцев, 4 подводные лодки, а США - крейсер. Такие виды поступивших по ленд-лизу необходимой военной техники и оборудования, как десантные суда, неконтактные тралы, мощные радиолокационные станции, ряд образцов гидроакустической аппаратуры, дизель-генераторов и аварийно-спасательной техники, в СССР не производились. Начиная с 1942 года постройка отечественных боевых катеров (катеров-тральщиков, малых охотников и других, которые главным образом и выпускала в годы войны отечественная судостроительная промышленность) осуществлялась с помощью импортного оборудования (например, двигателей американской фирмы "Паккард"). Благодаря помощи из-за океана состав Северного флота за 1944-1945 годы увеличился на 155 эсминцев, тральщиков, подлодок, сторожевых кораблей, что в 3 раза (!!!) превысило численность флота накануне войны. В это число не вошли самые крупные на Севере корабли: английский линкор "Ройял Соверин ("Архангельск") и американский крейсер "Милуоки" ("Мурманск"), предоставленные в 1944 году в счет репараций. В ходе подготовки Советского Союза к войне с Японией Соединенные Штаты, по сути, создали еще один Тихоокеанский флот. Только в марте-сентябре 1945 года из базы Коулд Бей в советские дальневосточные базы были доставлены 215 боевых кораблей и вспомогательных судов. Еще около 100 поступивших кораблей и катеров были распределены по другим флотам и флотилиям.

http://nvo.ng.ru/history/2000-07-28/5_lend.html
http://www.deol.ru/manclub/war/lendpr2.htm
http://www.krugosvet.ru/enc/istoriya/LEND-LIZ.html
http://unlease.ru/service/project_members/editions/leasing-review/104.php

Записан

Актинометр

  • Редактор
  • Ветеран
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 2368
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #18 : Ноября 25, 2009, 12:26:12 pm »

Ну что-же! Коли так, то ещё раз огромное спасибо союзникам за помощь. Я сейчас тут в рабочем кабинете рассказал своим коллегам про те факты, которые опубликовал Джек об этой англо-американской помощи. Реакцию нетрудно было предугадать: да мы круче всех, да нам нафиг не нужна была иностранная помощь и т.д и т.п. А ведь это говорят не простые крестьянские парни, а люди, имеющие не одно высшее образование. Ну что тут скажешь. Сильна всё-таки ещё в нашем обществе псевдопатриотичная чванливость. Я думаю, что те люди, которые получали американскую технику в 1941-1945 годах - вряд ли так били себя в грудь. Может быть скажу не в тему, но по этому поводу вспомнился малоосвещенный факт, приведенный в книге А.Больных "История морских сражений в период 1-й мировой войны" когда в 1915 году, по просьбе русского царя - в Либаву и Гельсингфорс из Англии было направлено сперва 2, а затем ещё 5 английских подводных лодок для оказания нам боевой помощи. Эти лодки своими действиями по сути дела парализовали германское военное и гражданское судоходство в районе Балтийского моря. В приказе принца Генриха Прусского, командующего германскими морскими силами на Балтике было сказано так: «Я считаю уничтожение британской субмарины не менее ценным, чем потопление русского броненосного крейсера». Действия всего двух лодок нарушили вражескую систему судоходства и осложнили доставку железной руды в Германию. Это вынудило немцев пересмотреть значение действий британских лодок на Балтике. Русский флот, несмотря на отвагу моряков, был слишком слаб, чтобы сражаться с немецким. Поэтому немцы могли выделить относительно слабые силы для борьбы с ним. С британскими подводными лодками дело обстояло иначе. Ими командовали отважные и умелые офицеры, поэтому немцам пришлось держать на Балтике много кораблей, чтобы не позволить этим двум лодкам захватить полное господство на море. Их присутствие, как подтверждает официальная германская история войны на море, не только связывало германский флот, но и оказывало огромное влияние на стратегическое и тактическое планирование.  Впервые в истории России, за свои успехи по защите её интересов - 2 английских командира подводных лодок были награждены царем орденами Св. Георгия, а один из них и орденами Св. Владимира и Св. Анны.
А сейчас самое время процитировать советского историка Г.М. Трусова «Подводные лодки в русском и советском флоте», где сказано, что  успешность действий русских подводных лодок в 1915 г. характеризуется уничтожением броненосного и легкого крейсера и 16 пароходов. Командиры Гудхарт и Кроми должны были перевернуться и своих могилах, узнав, что их превратили в русских подводников!
Ну а в знак "благодарности" союзникам - новая Россия, как водится, " сдала" эти лодки германцу по тайному договору, англичане вынуждены были их взорвать на рейде Гельсингфорса, а герой Балтики, капитан-лейтенант Кроми был впоследствии убит в английском посольстве в Питере, защищая его от ворвавшейся толпы анархистов.  Так что помогай не помогай - результат для помогающего был всегда один.
Записан

marlin

  • Редактор
  • Ветеран
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 727
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #19 : Ноября 26, 2009, 02:58:58 am »

Предлагаю создать тему Ленд-Лиз.
Действительно, никто даже сегодня, не знает ее действительных объемов и не понимает значения. По многим позициям - абсолютные 100%. Но если размазать без деталировки по всему объему советского производства- десятые доли процента.
Можно включить туда или создать тему Северные конвои.
На дне наших северных и восточных морей и по сей день лежат тысячи танков и самолетов, сотни паровозов и миллионы снарядов. Ленд-Лиз учитывал только поступивший в советские порты груз, но оплата производилась по факту погрузки в портах союзников.

Кстати скоро наступит исторический день.
В 2011 году заканчиваются последние выплаты со стороны России по поставкам союзников в СССР.
Это и есть темная сторона сделки.
Примерно в 1949 году тов. Сталин окончательно утвердил правительственное соглашение с бывшими союзниками о сумме общего долга СССР. При этом общая цифра была уменьшена во много раз. Это было волевое решение. Ругаться с дядюшкой Джо (Сталиным) не стали. А то платежи растянулись бы лет на 150.
Ленд-Лиз очень выгодная сделка для поставщиков.
« Последнее редактирование: Ноября 26, 2009, 12:57:24 pm от marlin »
Записан

Sarychev

  • Не говорите мне как надо делать и я не скажу куда Вам надо идти!
  • Редактор
  • Ветеран
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 1051
  • Это не я! Это мой дух!
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #20 : Ноября 26, 2009, 09:18:52 am »

2marlin. Я полностью с вами согласен по поводу создания темы посвящённой Ленд-Лизу. Данная тема изобилует тёмными пятнами.
Записан
Ненавижу подлецов.
Подлость удел слабых.
Не люблю пресмыкающихся.
От них трупятиной пахнет.

Valerytof

  • Новичок
  • *
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 7
Проект 23 СОВЕТСКИЙ СОЮЗ линейный корабль
« Ответ #21 : Ноября 29, 2009, 01:56:32 am »

Я, как и многие родился в этом проекте. Проект оказался неудачным. Однако, было всяко. И весело, и грустно, и паршиво, и прикольно. Нынешний проект пока не лучше прежнего, но в тот как-то не хочется возвращаться.
Давайте пообщаемся, друзья
Записан

Актинометр

  • Редактор
  • Ветеран
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 2368
Re: Проект 23-СОВЕТСКИЙ СОЮЗ-линейный корабль
« Ответ #22 : Ноября 29, 2009, 09:39:49 am »

Это лирика, хотя чувства Ваши понятны.
Записан
Страницы: [1]   Вверх