Russian Arms Forum

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Расширенный поиск  

Новости:

Страницы: [1]   Вниз

Автор Тема: Маршал Тухачевский Михаил Николаевич  (Прочитано 1709 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Codru

  • Участник
  • ***
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 188
    • Catedra militară

Красная Звезда от 4 июня 1988 года.
Записан
Как молоды мы были,
как много не ценили ...

картограф

  • Редактор
  • Участник
  • ******
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 161
Re: Маршал Тухачевский Михаил Николаевич
« Ответ #1 : Ноября 19, 2010, 02:44:23 pm »

Брат -близнец М.Н. Тухачевского
Записан

мидав

  • Ветеран
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 702
  • никогда не говори никогда
Re: Маршал Тухачевский Михаил Николаевич
« Ответ #2 : Января 04, 2016, 04:39:29 pm »

Записан

мидав

  • Ветеран
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 702
  • никогда не говори никогда
Re: Маршал Тухачевский Михаил Николаевич
« Ответ #3 : Января 05, 2016, 12:46:00 pm »

Брат -близнец М.Н. Тухачевского

о братьях

Неграмотной санитарке, ставшей главным свидетелем обвинения против Н. Н. Тухачевского задали невыполнимую задачу: слово «террористический» — не для ее интеллекта.
И в 1956–м она страшно запугана, так же, как в 1937–м.
«Я ничего о нем не показывала, говорил Скворцов, а Тухачевский, как я помню, все время повторял: «категорически отрицаю».
После 2й очной ставки, в связи с нервным заболеванием я слегла в больницу, где пробыла около месяца.
Вопрос. Вам зачитываются ваши показания на допросе 23 сентября 1937 г, из которых видно, что Тухачевский в вашем присутствии говорил в госпитале о необходимости убрать Сталина и переизбрании Правительства. Эти же показания, как видно из протокола от 27 октября 1937 г, вы подтвердили на очной ставке с Тухачевским. Подтверждаете их сейчас?
Ответ. Мои показания на допросе 23 сентября 1937 г и на очной ставке с Тухачевским 27 октября 1937 г мне прочитаны.

Какой–то разговор о Сталине и о Правительстве был в госпитале между Тухачевским и другими больными, но содержание этого разговора я сейчас совершенно не помню и не могу объяснить, правильно ли были (л. 78 об.) записаны ранее мои показания или нет. Я даже не помню, чтобы мне зачитывали мои показания на допросах в 1937 г, хотя вижу, что подписи на протоколах стоят мои».
«Вопрос. Как выглядел Тухачевский во время ваших очных ставок с ним в Бутырской тюрьме?
Ответ. На 1й очной ставке с Тухачевским он выглядел нормально, а на 2й — очень плохо, его трудно было узнать, - выглядел стариком, очень худым. Одна половина лица имела синеватый оттенок. Помню, что когда его ввели в кабинет, и Скворцов предложил ему сесть, Тухачевский садился на стул очень осторожно, со стоном и говорил, что он очень устал и просил Скворцова решать его дело скорее»52.

Дело решили действительно очень быстро.
Обвинительное заключение по следственному делу по обвинению Тухачевского Н. Н. от 23 декабря 1937 г:
«Будучи допрошен в качестве обвиняемого, Тухачевский виновным себя в шпионской деятельности признал, отрицая свое участие в военном заговоре». Его приговорили к расстрелу. Приговор приведен в исполнение 25.12.37.

У Н. Н. Тухачевского было 2е детей — сын Андрей, которому в 1937 г исполнилось 5 лет, и дочь Маша 7 лет.
«После ареста родителей нас с сестрой взяли в специальный детский дом. Их было много тогда — для детей врагов народа, — рассказывает сын Николая Николаевича Тухачевского, Андрей Николаевич. — Сначала нас с сестренкой привезли под конвоем в детскую Даниловскую тюрьму. Помню множество детей в огромной темной камере. И я, пятилетний, бегал и кричал: «Где моя Марийка, пустите меня к сестре! У меня больше никого нет!..» Болели мы страшно, вшивели, голодали, конечно. Я, помню, говорил сестре: я не буду спать, я хочу смотреть, как я буду умирать. Если буду умирать, разбуди меня… Уже в 1948 г мать освободили, я пришел ее встречать на вокзал, но ее уже ждали, чтобы снова арестовать…».

Андрея и Марию Тухачевских через несколько лет взяли на воспитание из детского дома дальние родственники, они же дали им свою фамилию — Томашевич. Настоящую фамилию они вернули только в 1957–м.

Александра Николаевича, младшего брата маршала, арестовали 29 августа 1937 г.

Из анкеты арестованного:
«Родился 1 сентября 1895. Профессия: музыкант–виолончелист и бывший преподаватель Военных сообщений. Служил в старой армии в чине прапорщика до 1917. С 1918 по 21 г. и с 1925 по 37 К–10 и военинженер II ранга. Демобилизован.
Образование высшее: 5 курсов консерватории до 1917 и окончил Военно–транспортную академию РККА в 1933 г.»56.
«Взято для доставления в УГБ Управления НКВД СССР по Московской области следующее: 1) Сборник «Памяти Ленина» со статьями и портретами врагов народа Троцкого, Зиновьева, Каменева и др. контрреволюционеров. 2) фотокарточки расстрелянного шпиона фашиста М. Н. Тухачевского…»57 Показания обвиняемого А. Н. Тухачевского:
«Вопрос. Вы поддерживали нормальные родственные отношения со своим братом Михаилом, расстрелянным за шпионскую деятельность.
Ответ. Да, со своим родным братом Тухачевским М. Н. до момента его ареста я поддерживал нормальные родственные отношения, бывая у него на квартире примерно 1 раз в месяц.
Вопрос. Следствие располагает данными о том, что в момент ареста вашего брата вы по этому поводу высказывали сожаление среди своих родственников. Вы это признаете?
Ответ. Когда я узнал точно из сообщения в печати об аресте брата и других, я был потрясен этим событием, т. к. его роль и занимаемый пост в армии были колоссальны, и вдруг все это рассыпалось как песок, как карточный домик. Я не помню, чтобы я высказывался среди своих родственников или знакомых сожаления брату в силу случившегося с ним несчастья, но во всяком случае я не отнесся к этому определению доброжелательно…
Вопрос. Во время вашей службы в РККА вам оказывал какое либо содействие брат Михаил в устройстве и назначении на вышеоплачиваемую должность.
Ответ. Да, такое содействие мне брат оказывал 2 раза, 1й раз в 1918 г, когда я приехал на Восточный фронт, где армией командовал брат, и второй раз в 1925 г он мне посодействовал при переходе с гражданской работы опять на военную, устроив на работу в штаб в РККА, в 3–е управление.
Вопрос. Вы говорите, что не помните того, что выражали сожаление брату в связи с его арестом. Тогда чем объясните то обстоятельство, что у вас на квартире при обыске было обнаружено несколько сохранившихся его фотографий.
Ответ. Это я объясняю только тем обстоятельством, что я их просто не успел уничтожить. Очень много фотографий его я уничтожил. Но те, которые у меня были изъяты при обыске, уничтожить я не успел в связи с переездом на другую квартиру, кроме этого часть из них находилась в альбомах, которые мне не хотелось портить. На память фотографии брата я оставлять не хотел.
Вопрос. У вас на квартире во время обыска был изъят сборник «Памяти Ленина» со статьями в нем врагов народа Троцкого, Зиновьева. Подтверждаете вы это?»
 «Ответ. Да… Сборник этот принадлежит моему брату Михаилу, расстрелянному органами НКВД за шпионскую деятельность…
Этот сборник попал ко мне вместе с домашней нотной библиотекой, находящейся у брата, при его переезде в Ленинград, т.к. он мне передал мне нотную библиотеку».

До какой степени бесчувствия нужно было довести человека, чтобы он так объяснил наличие у него фотографий родного брата. Судя по стилю ответов, еще вполне человеческому, на начальных стадиях к А. Н. Тухачевскому не применялись «допросы 3й степени » — пытки. Тем страшнее читать ответы.

Протокол допроса от 21 сентября 37 г:
«О шпионской деятельности брата Михаила, мне ничего не было известно, кроме газетных сообщений.
Вопрос. Вы пытаетесь отрицать, что вы принимали участие в действиях со своим братом. Следствие требует дать правдивые показания по этому вопросу.
Ответ. Я еще раз заявляю, что о шпионской деятельности брата я не знал и участия я с ним не принимал»60.
Но следствие работает без сбоев, 1.5 месяца спустя Тухачевский начинает «признаваться».

Протокол допроса 15 ноября 37 г:
«Ответ. Я признаю себя виновным в том, что в своих первых показаниях я скрыл от органов следствия, что я регулярно посещал квартиру своего брата врага народа Тухачевского М. Н… Мне было известно, что квартиру моего брата, врага народа, посещали враги народа Корк, Уборевич, Ефимов.
Вопрос. Почему у себя на квартире хранили контрреволюционную литературу с портретами врагов народа Троцкого, Зиновьева и вашего брата Тухачевского.
Ответ. Я признаю себя виновным в том, что у меня на квартире хранилась контрреволюционная литература с портретами врагов народа.
О контрреволюционной шпионской деятельности моего брата врага народа Тухачевского М. Н. мне ничего не было известно»61.
Всю написанную следователем ахинею, А. Н. Тухачевский уже подписывал.
На ранних стадиях такая фальсификация не проходила — обвиняемый, не доведенный до животного состояния, мог отказаться визировать протокол.

Протокол допроса 7 декабря 37 г:
«Я признаю себя виновным в том, что в кругу своих знакомых высказал сожаление по поводу ареста и расстрела своего брата как шпиона… Я также признаю себя виновным в том, что у себя на квартире хранил контрреволюционную троцкистскую литературу с портретами Троцкого, Зиновьева, Каменева и др., а также фотокарточки своего брата, расстрелянного как шпиона…При посещении квартиры моего брата, я неоднократно встречался с Уборевичем, Корком, Ефимовым и др… Я еще раз подтверждаю, что о шпионской деятельности моего брата мне ничего не было известно»62.
Обвинительное «нарисовано» в тот же день.
«Тухачевский А. Н. имел связь (вставлено — по антисоветской деятельности — Ю. К), со своим родным братом, — который оказывал ему содействие в продвижении по службе — устроил его на работу в штаб РККА.
Обвиняемый встречался (зачеркнуто и вставлено: «участвовал на сборищах террористов». — Ю. К.) на квартире у шпиона Тухачевского.
Хранил у себя на квартире контрреволюционную троцкистскую литературу с портретами врагов народа и высказывал сожаление своему брату — врагу народа по поводу разгрома троцкистского подполья, высказывал прямые террористические намерения».

Протокол от 15 декабря 37 закрытого судебного заседания выездной сессии военной коллегии Верховного Суда Союза ССР:
«Подсудимый виновным себя признал частично, т.е. бывал на контрреволюционных собраниях, но не как участник контрреволюционной организации, а как гость… Участником же контрреволюционной организации не был и никогда не восхвалял Троцкого.
В последнем слове подсудимый ничего сказать не пожелал».
Его расстреляли, сообщив в 1956 г родственникам:

«Военная коллегия ВС СССР. Сообщаю, что Тухачевский А. Н.
1895 г. р. был осужден ВКВС 15.12.37 г. отбывал наказание умер 22.5.43».
« Последнее редактирование: Января 05, 2016, 12:51:30 pm от мидав »
Записан
Страницы: [1]   Вверх